Кто такой Горький? Правда о Буревестнике. Ч.8.

В этой заключительной части я хочу внести ещё несколько штрихов к портрету литератора Горького.

В самой первой части этого повествования говорилось о том, что Горький выступал против идей Достоевского и спорил с ним. Признавая его писательский талант, Горький всё же ненавидел его. В 1905 году он выпустил статью о Достоевском и Толстом, основным смыслом которой было следующее: Достоевский и Толстой, вся русская художественная литература связана с «духом реакции», следовательно, для России она «пагубна». По словам Горького Достоевский был «ярый шовинист, антисемит, основоположник зоологического национализма, враг Запада». В изображениях Достоевского, «на горе наше», есть правда, но это – «правда Салтычихи, Аракчеева, тюремных смотрителей и околоточных надзирателей». Алёша Карамазов – это, по мнению Горького, будущий Василий Розанов, «подвизающийся на поприще цинизма». Иван Карамазов – «словоблудник, обломов, принявший нигилизм ради удобств плоти и по лени». Горький считал, что Достоевский «создаёт человека по образу и подобию дикого и злого животного», а это «клевета на Россию, на всё человечество». В конце он провозглашает: «Я считаю это (действие Достоевского на читателей) социально вредным». 19 ноября/2 декабря 1909 года Горький прочитал лекцию о Достоевском в Каприйской партийной школе. В неё он говорил, что социализм – учение органически враждебное Достоевскому, «стремление оспорить, опровергнуть социализм – наполняет «Дневник писателя»». Главное содержание произведений Достоевского, по его мнению, составляют «болезненные идеи – вернее, ощущения», а сам он – «глашатай тёмных, враждебных человеку сил». Константин Петрович Пятницкий в своей дневниковой записи от 29 июня/11 июля 1911 года отметил следующие слова Горького: «Чем скорее р<усский> народ забудет Толстого и Достоевского, тем лучше». А августе того же года Горький писал Розанову: «Порою мне кажется, что Вас родил искажённый и злой человек Фёдор Достоевский <…> Не люблю «великого инквизитора» Достоевского и восточного философа Льва Толстого – не люблю».

Одним из самых умных оппонентов Горького в критике называет Павел Басинский известного русского публициста Михаила Осиповича Меньшикова. Он посвятил разбору творчества Горького две своих статьи – «Красивый цинизм» и «Вожди народные». Первая статья – наиболее яркий и умный отрицательный отзыв о явлении Горького. Меньшиков едва ли не первый попытался понять его как духовную личность – и в этом качестве Горький вызвал у него решительное отторжение. Их неприятие было взаимным и на равных, они были серьёзными духовными врагами. «Не безумство храбрых спасёт мир, его спасёт мудрость кротких», считал Меньшиков, который выступал против безумной гордости, которую воспевал и славил Горький: «Это выходец не из народа и голос его не народный». Читая откровенный антикрестьянский рассказ «Челкаш», Меньшиков увидел в Горьком «чужого», увидел врага и русофоба. Он смог сделать это потому, что был глубоко верующим и православным человеком. Именно поэтому он чётко видел и осознавал, кто перед ним. А вот что вспоминала знаменитая русская писательница-сатирик Надежда Тэффи: «Максима Горького внимание волновало. Он все время помнил, что он великий человек, и старался держать себя, как, по его мнению, полагается великому. Вздыхал, трагически задумывался, сокрушенно качал головой. Ясно было, что жуткие, неразрешимые проблемы мучают его сложную душу. И только к концу обеда, когда напивался, начинал уже вполне естественно бить себя кулаком в грудь и целовать взасос какого-нибудь юбиляра».

Знаменитый русский писатель и нобелевский лауреат Иван Алексеевич Бунин был в своё время одним из младших учеников Горького, можно даже сказать, что одним из «подмаксимовиков», «подмаксимок». Известная карикатура в газете «Искры» (№5 от 2 февраля 1903) Кока (Н.И.Фидели) под названием «Подмаксимовики» изображает Горького в виде большого гриба, под которым росли маленькие грибочки с лицами Андреева и Скитальца, а из-за ножки выглядывал крохотный грибок с лицом Бунина. Правда, позже «подмасимками» стали называть тех, кто старался во всём подражать своему кумиру – одеваться как он, говорить с волжским оканьем, изображать из себя «выходцев из глубин народных», играть в босяков.  Но изначально так называли трёх главных авторов, близких к Пешкову. Иван Алексеевич входил в окружение Горького, участвовал в «телешовских средах» и в деятельности издательства «Знание». Прошло много лет, и Бунин, живший уже в эмиграции, отзывался о нём довольно жёстко, но весьма правдиво. В 1936 году он писал: «О Горьком, как это ни удивительно, до сих пор никто не имеет точного представления. Сказочна вообще судьба этого человека. Вот уже целых сорок лет мировой славы, основанной на беспримерно счастливом для её носителя стечении не только политических, но и весьма многих других обстоятельств. Конечно, талант, но вот до сих пор не нашлось никого, кто бы сказал, наконец, о том, какого рода этот талант, создавший, например, такую вещь, как «Песня о соколе» – песня о том, как «высоко в горы вполз уж и лёг там», а затем, ничуть, не будучи смертоносным гадом, всё-таки ухитрился насмерть ужалить за что-то сокола, тоже почему-то очутившегося в горах». 22 декабря 1952 года Георгий Адамович отметил в письме Марку Алданову: «Вчера был у Буниных. Иван Алексеевич – лучше, чем был осенью, и при мне сделал надпись на портрете Горького в какой-то книге: «Полотёр, вор, убийца». 10 июня 1951 года Бунин пометил в дневнике: «Я только что прочёл – впервые – «Мои университеты» Горького. Это нечто совершенно чудовищное – не преувеличиваю! – по лживости, хвастовству и по такой гадкой похабности, которой нет равной во всей русской литературе!» Такова оценка выдающегося русского писателя, первого нашего нобелевского лауреата по литературе. И нет основания ей не доверять – уж кто, как не он хорошо знал, кто таков Горький и что собой представлял.

Горький отвергал русскую классическую литературу – а продолжатели русской классической литературы в лице Бунина отвергли самого Горького. Конечно, нельзя сказать, что он уж совсем бездарный писатель. Он определённо был талантлив, его пьесы пользовались популярностью не только в России, но и в Западной Европе, прежде всего, в Германии и в той же Италии он также был известен. Безусловно, он был популярным писателем в своё время – модный литератур, европейская знаменитость. Друг и корреспондент Ромена Роллана («Лев Толстой Франции»), Андре Жида, Герберта Уэллса, Стефана Цвейга. Ценитель творчества Анатоля Франса и Кнута Гамсуна. Всё это действительно было. Но сегодня всё уже иначе, очень многое изменилось. К тому же факты, которые приводились мною выше, в предшествующих частях, говорят о том, что он был довольно вредный для нашей литературы автор и как человек довольно неприятная персона. К тому же он был пособником и симпатизантом открытых врагов нашего Отечества. Нельзя не вспомнить про то, что в  годы Первой мировой он не только проводил пораженческую агитацию, но и занимался скрытой пропагандой сепаратизма. В 1915 году Горький основал в Петрограде издательство «Парус», владельцем которого числился литератор Александр Тихонов, известный под псевдонимом Серебров, внеся первоначальный капитал в размере 25 тысяч рублей. Однако при этом старался не афишировать своё участие в делах издательства и созданного при нём же в конце того же года упоминавшегося прежде журнала «Летопись». Среди сотрудников были меньшевики-интернационалисты (то есть пораженцы, отпочковавшиеся от меньшевиков-оборонцев во главе с Плехановым), большевики, друзья и знакомые Горького. В издательстве стали выходить «инородческие» сборники, включавшие в себя поэзию и прозу разных народов Империи, переведённые на русский. Они способствовали усилению сепаратистских настроений на национальных окраинах, в чём, конечно же, были заинтересованы Германия и Австро-Венгрия. Из всего задуманного вышли только сборники латышской и финской литературы (в июле и октябре 1917 года). Готовились, но так и не вышли украинский и еврейский сборники, шли переговоры об эстонском. В 1918 году издательство «Парус» из-за финансовых и типографических трудностей свернуло свою работу. Принадлежавшие ему авторские права выкупил помощник Горького по издательским делам Зиновий Исаевич (Зейлик Шиевич) Гржебин, известный тем, что в 1905 – 1906 годах выпускал антиправительственные издания «Жупел» и «Адская почта» (весьма характерные названия). Также отмечу, что с 1915 по 1918 годы вновь издавалась легальная социал-демократическая газета «Новая жизнь» (закрыта в июле 1918 года  большевиками). Редакторами в ней, кроме Горького, были меньшевики-интернационалисты Стеклов (Нахамкис) и Суханов (Гиммер), бывшие в числе авторов антивоенного воззвания Петросовета «К народам всего мира». Участие в газете принимали меньшевики-интернационалисты и внефракционные социал-демократы, авторы «Летописи».

Гордо в современной Западной Европе звучит не обычный, а трансгендерный человек, представитель самых разных меньшинств. К этому привела как раз та самая левая идеология, адептом которой и был Горький. Отказ от Бога, борьба с ним привела к разнузданному и самому гнусному блуду. Содомия всегда сочетается с отпадением от Бога, презрением к Святой Церкви. «Если Бога нет, то всё дозволено» этой популярной фразой, приписываемой Достоевскому, можно объяснить данное явление. Впрочем, сделаю некоторое отступление, этой фразы у великого писателя нет, это лишь краткая, но достаточно точная формулировка взглядов Ивана Карамазова. Вот как передаёт их Пётр Александрович Миусов: «уничтожьте в человечестве веру в своё бессмертие, в нём тотчас же иссякнет не только любовь, но и всякая живая сила, чтобы продолжать мировую жизнь. Мало того: тогда ничего уже не будет безнравственного, всё будет позволено». Впрочем, ту же самую мысль не менее чётко выразил философ Константин Леонтьев, о чём вспоминал Лев Тихомиров: «по его рассуждению, только Бог может устанавливать нравственный закон. Бога нельзя не послушаться и по страху перед Ним, и по нравственному перед Ним преклонению. Если же Бога нет, – можно делать что угодно. Нравственный «категорический императив» вытекает только из божественной сферы. Страшен только грех, а если нет Бога, то и грех не страшен». Так что атеист и богоборец Горький не имел никаких моральных и нравственных ограничении, в его творчестве это хорошо заметно. Поэтому, знать правду о «буревестнике» крайне необходимо и крайне важно для нас, чтобы не позволить необольшевистам манипулировать нами и затягивать нас в красное болото второй раз.

Нынешние коммунисты вовсю вопят о том, что их кумира не чтят, а чтят великого русского писателя и патриота Александра Исаевича Солженицына. В дни горьковского юбилея в 2018 году некто Анатолий Иванушкин разразился текстом, в котором называет нижегородского цехового Пешкова «глыбой», «великаном», «писателем Земли Русской», «писателем мирового уровня» и т.д. Рассмотрю пару пассажей оттуда. «Горький поехал в США И агитировал – за всемирную революцию Пролетариата против буржуазии. И собирал на революцию деньги с Американских банкиров…» Пешков собирал деньги на антирусскую революцию, о чём американские банкиры прекрасно знали и прекрасно знало о том еврейское лобби в США во главе с Джейкобом Шиффом, который был главным антирусским лоббистом в США (Шифф активно спонсировал революцию в России и антироссийскую пропаганду, утверждавшую, что русский царь и русское государство якобы организовывает и поддерживает еврейские погромы – что было, конечно же, самой настоящей ложью). Именно против России. против Русского Царя и давались деньги для Горького и прочих. «Либералы улицу Горького в Москве уничтожили. Зачем?» А зачем коммунисты Тверскую улицу назвали именем какого-то среднего писателя, который сегодня уже никому не интересен и даже на Западе о нём давно уже многие позабыли? Зачем было исконное имя улицы заменять даже не фамилией, а псевдонимом (почти бандитской кличкой) одного из врагов России? И никто не «уничтожал» улицы – улица существует, липы там теперь растут, тротуары широкие. Вспоминаю одного сетевого коммуниста, Александра Евдокимова, который как-то выдал примерно такое: «А вот зачем станцию метро «Горьковская» переименовали в «Тверскую»? Разве был такой писатель Тверской?» Какой-то совсем глупый уровень рассуждений, совершенно постыдный для вроде бы образованного человека. Напомню, что с этой станции можно перейти на станции «Пушкинская» и «Чеховская», а дальше есть «Маяковская». Но вот беда – в 1934 году «Тверская» была запланирована как … «Пушкинская площадь». Названа она была в соответствии с топонимической привязкой. В 1990 году вместе с улицей Горького станция также стала «Тверской». Так что всё очень даже естественно. Равно как и «Пушкинская» названа так по Пушкинской площади, а Чеховская была названа по улице Чехова, которая сейчас снова Малая Дмитровка (а Большая Дмитровка как раз носила имя Пушкина). Но Чехову повезло – он писатель, который сохранил свою популярность и известность во всём мире (особенно в Японии), тогда как Горький-Пешков этим похвастаться сегодня не может, разве только леваки до сих пор помнят, кто это такой. Это лишь некоторые моменты из данного гнусного пасквиля. Да и пасквилей таких, которые очерняют Александра Исаевича и славят Горького-Пешкова, полно.

Слава Богу, Нижний Новгород носит своё исконное имя, Нижегородская область давно уже не «Горьковская». Кажется, в столице остался только Парк культуры и отдыха имени Горького (Парк Горького). Да вот и памятник сему литератору, некогда стоявший по другую сторону дороги от одноимённого парка в парке искусств «Музеон», что близ филиала Третьяковской галереи на Крымском валу, 31 июля 2017 года перенесли на площадь Тверская Застава близ Белорусского вокзала. Собственно, сей памятник был там установлен в 1951 года (создан в 1939 году скульпторами Шадром и Мухиной). 16 декабря 2005 года памятник был демонтирован, чтобы расчистить место для строительства транспортной развязки на площади Белорусского вокзала. После окончания реконструкции площади, его установили на прежнем месте, предварительно отреставрировав. Вокруг памятника проложено новое трамвайное кольцо, а около него был разбит небольшой сквер. Так что, видно, кто московским властям больше всего ценен. Вот и показывая 9 мая 2020 года по телевизору авиапарад, показали памятник Горькому, как-то особенно на нём сконцентрировавшись. Нынешние действия московских властей антицерковного характера весьма печалят и возникает боязнь, что ползучая ресоветизация ещё больше усилится.  Красные русофобы страстно ненавидят всё русское и предлагают этого пособника террористов, среднего автора, антипатриота, конъюнктурщика и безбожника вместо русского патриота, ветерана Великой Отечественной, фронтовика, орденоносца, прекрасного писателя и глубокого мыслителя Александра Солженицына. Но у них это не получилось и не получится. И я надеюсь этим текстом как-то повлиять на людей и помочь им понять, кого им пытаются навязать коммунисты.

В качестве заключения текста поставлю цитату историка Евгения Антонюка о том, что Горький всегда был лжив: «Вероятно, здесь сыграло свою роль особое отношение Горького ко лжи, которую он не считал пороком, скорее даже наоборот. Он и сам любил приврать и любил людей, которые могут это сделать. Врал он много, но не с какой-то прагматичной целью, а, скорее, рассматривая это в качестве творческого порыва. Живший с Горьким в эмиграции Ходасевич вспоминал: «Отношение ко лжи и лжецам было у него, можно сказать, заботливое, бережное. Никогда я не замечал, чтобы он кого-нибудь вывел на чистую воду или чтобы обличил ложь – даже самую наглую или беспомощную. Нередко случалось ему и самому говорить неправду. Он это делал с удивительной беззаботностью, точно уверен был, что и его никто не сможет или не захочет уличить во лжи»».

Сергей Зеленин
Русская Стратегия

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s