Дмитрий Бастраков: «Наша задача — возвращать в Россию утерянное и забытое национальное наследие»

Издательство «Чёрная сотня», основанное 7 лет назад, успело стяжать себе широкую известность и популярность в русских патриотических кругах, став одним из самых успешных русских проектов, благодаря выпуску отличающихся превосходным оформлением книг по истории России, а также изданий, посвящённых событиям современным – например, войне в Новороссии. С недавних пор «ЧС» обрела, можно сказать, уже общероссийскую известность – для этого «постарались» профессиональные «борцы с русским фашизмом» из числа либералов и коммунистов. Борцов этих столь возмутило открытие издательством своей книжной лавки в центре Москвы (книжная лавка «Листва» расположилась в уютном подвальчике на ул. Жуковского 4с1, недалеко от Чистых прудов), что фонтан этих возмущений вывел «ЧС» в топ новостей крупнейших порталов. Такая, вот, реклама «от обратного». О новой лавке, работе издательства, русской самоорганизации и продвижении русской национальной идеи мы беседуем с основателем и главным редактором «Чёрной сотни» — Дмитрием Бастраковым.

— Открытие в Москве книжной лавки «Листва» вызвало настоящую истерику у либеральной общественности, которой вновь померещился призрак «русского фашизма». Чем вы так напугали товарищей Сванидзе и Ко?

— Если можно, здесь отвечу словами публициста Павла Нестерова, который как раз освещал эту шумиху:

«Мне представляется, что демонстративные переживания «приличных людей» по поводу деятельности Димы Бастракова связаны не столько с национальными и этническими предрассудками, сколько с банальными опасениями за свое положение в иерархии культурных авторитетов.
Сванидзе обласкан Кремлем, заседает во всевозможных комиссиях, награжден орденами и медалями, не вылезает из эфиров государственных СМИ. Что на выходе? Книга «на основе бесед супругов Сванидзде с Дмитрием Медведевым» в соавторстве с женой (не шучу — буквально).
А тут какие-то молодые люди основали и развивают один из самых интересных культурных проектов нашей эпохи. Проект, растущий через горизонтальные связи, не благодаря — но вопреки действиям властей, — и он гремит на всю страну. Издаются уникальные книги и открываются лавки, работающие, помимо прочего, в качестве точек консолидации того самого гражданского общества. Реакция коллективных Сванидзе в этом смысле понятна: «А НАС куда?»».

Думаю, это лучшее предположение, почему же им так неймётся».

— Словосочетание «Чёрная сотня» ещё с советских времён ассоциируется у людей, плохо знакомых с родной историей, с чем-то погромным, ксенофобским и т.п. Что такое Чёрная сотня на самом деле, и почему Вы избрали это название для своего проекта?

— Мы выбрали это название именно потому, что в советской парадигме оно вызывает панику и ужас, а нам, студентам, открывающимся без денег и связей, очень нужен был шум. А так «Чёрная Сотня» – это просто отсылка к административной единице на Руси, состоящей из купцов и предпринимателей. Единице, обладающей политической и экономической субъектностью перед государством, по сути, являющейся «малой нацией» в доиндустриальную эпоху. В сущности, «Чёрная Сотня» – это самый исчерпывающий термин, которым можно было бы обозначить русское гражданское общество. Самоорганизующееся общество.
Как чёрная сотня Минина и Пожарского краудфандингом, ни от кого не завися, собирала средства на войну с поляками, так и мы краудфандингом собираем средства на восстановление национального наследия.
— Издательство «Чёрная сотня» придерживается в своей работе очень чёткого идеологического направления. Как вы сами формулируете это направление и задачи издательства?

— Мы всё-таки не про идеологию, а про культуру, направленность нашу как-то сформулировал наш дизайнер Никита Лукинский: Русь, красота, рок-н-ролл. А задачи очень понятные: восстанавливать и возвращать в Россию утерянное и забытое национальное наследие. Нам кажется, что это именно те сами недостающие пазлы, которые бы позволили нам стать лучше, молодежи – больше ценить свою страну и меньше мечтать об эмиграции, взрослым – больше уважать себя. Преодолевать культурный разлом, который случился в 1917, возвращать своё, вспоминать своё, переосмыслять своё, не стесняться своего – вот наши задачи.

— Бытует скептическое мнение, что русские проекты практически обречены на неуспех, на некое маргинальное существование, на нахождение на обочине – в сравнении, скажем, с проектами либеральными и левыми. «Чёрная сотня» доказывает обратное. Поделитесь, в чём секрет успеха? Как создавался и рос проект «Чёрная сотня»?

— Меньше политики, больше культуры, вот и всё. Тем либеральные и левые проекты обычно и выигрывали — эстетикой, и тем, что предлагали людям чуть больше, чем просто идеологию и «политический взгляд». Плюс мы наверное первые молодые в таком деле — когда мы открывали издательство с моим другом Тимуром Венковым, нам было по 20 лет. Был 2013 год, у нас совсем не было денег, но было очень много энтузиазма и желания сделать что-нибудь большое. Нам удалось завлечь к себе молодых людей именно потому, что мы сами молодые. До нас же книгами и русским движением занимались люди пожилые и слишком далёкие от современных культурных трендов, чтобы привлекать к себе широкую и активную молодую аудиторию.
— Ещё одно аналогичное скептическое мнение, что консервативная идея, правая идея не может быть столь же популярна у молодёжи, как левые или либеральные химеры. Насколько справедливо это мнение? И возможно ли сделать консервативную идею по-настоящему востребованной и популярной в молодёжной среде (а не только в отдельных группах)?

— Мы уже сделали. По опросам «Левада-центра» вторая по популярности идеология у политизированной молодёжи — русский национализм (https://www.bbc.com/russian/features-52479627). Не одни мы, правда, национальную риторику активно использует и либертарианское движение — а оно всё сплошь состоит из очень молодых людей.

— Традиционный вопрос: обращение к бело-монархической, национальной теме – с чего оно началось лично для вас? Какие факторы, люди, книги и т.д. повлияли на формирование Вашего мировоззрения?

— Не знаю, я просто всегда очень любил историю, а при въедливом взгляде в события революции только дураку будет непонятно, где там плохие парни, а где хорошие. Условно хорошие, понятное дело — белые тоже внесли свою лепту в разрушение России, но искупили всё своей кровью, да и других белых у нас нет. Если же говорить какое-то конкретное имя, сильно на меня повлиявшее — то это конечно же Василий Васильевич Розанов. Магазин Листва собственно и назван в честь его прекрасной трилогии.
— Сегодня русские национальные силы очень раздроблены, практически атомизированы, различные группы и движения находятся в контрах друг с другом, что крайне затрудняет взаимодействие на благо общего русского дела. В чём причина нашей разобщённости и есть ли способ преодоления оной?

— Любые политические силы раздроблены точно также, если не сильнее. Мы просто этого не замечаем, так как вне их дискурса, и нам кажется, что это только русское движение такое прокажённое. Но это не так. Везде свои конфликты, расколы и прочая ерунда. Надеюсь, мои книжные лавки-лектории внесут свою роль в консолидацию русских сил, станут общей точкой притяжения для всех здоровых сил, больше мне здесь сказать нечего.
— С Вашей точки зрения современная Россия преодолевает наследие большевизма или же наоборот возвращается к нему? И что необходимо, чтобы это наследие всё-таки было преодолено?

— Знаете, тут очень интересная ситуация. С одной стороны преодолевает, причём семимильными шагами, с другой — совершается какой-то откат. Культурно, снизу — преодолеваем точно. За последние 20 лет русские проделали огромный путь естественной десоветизации, просто невероятный. Просто от того, что пожили в условиях пусть ограниченной, но свободы, а в конце нулевых — даже экономического благополучия. Правда, ненадолго. Думаю, власти боятся этого процесса и пока не готовы взаимодействовать с нормальным гражданским обществом, по той же причине, что Чёрную Сотню боится Сванидзе и Ко — «а НАС куда?». Только они и остались нашим главным «наследием большевизма», с каждым годом всё больше никому ненужным и всё менее кому-то интересным. Только они и задерживают этот процесс.
Что необходимо, чтобы оно было окончательно преодолено? Для начала это наследие должно быть принято. Да, это тоже наше наследие. С этим нам жить и никуда от этого не деться. Частично это происходит и отображается, например, в том, что модные хипстерские заведения вовсю используют советскую эстетику. И знаете, это хорошо. Так и должно быть — из 20 века надо взять всё лучшее и внешнее, а внутреннее, идеологическое и тоталитарное — просто забыть. Кастрированный, лишённый всего, кроме внешних цацок совок в исполнении хипстеров мне нравится — таким его можно и оставить, пусть живёт.
В целом же, я думаю всё будет хорошо. Русские великий европейский народ, который обязательно получит всё, что заслуживает.

— Каковы ближайшие планы «Чёрной сотни» — издательские и в отношении развития московской книжной лавки?
— Как и всегда — продолжать делать лучший национальный культурный продукт!

Беседовала Елена Семёнова

Русская Стратегия

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s