Гренадер (Н. Болтин). Письма из Испании

Приобрести книгу можно в нашем интернет-магазине: http://www.golos-epohi.ru/eshop/catalog/128/15457/

МАРКОВСКИЙ ПРАЗДНИК В ИСПАНИИ

К своему полковому празднику здешние марковцы стали готовиться заблаговременно. Их заботливый казначей поручик Лев Никанорович П. (Пылаев) уже из сентябрьского жалования произвел со всех удержание на праздник и уже за несколько дней до него, они начали делать кое-какие закупки. Не знали только где придется провести этот день? За три дня до праздника нашу часть перебросили на другой боевой участок и наши, уезжая, взяли с меня обещание, что я отпрошусь из штаба нашего терсио и приеду к ним провести праздник вместе.

Получив необходимое разрешение командира, я двинулся в путь накануне праздника как бывало делали у нас в деревне приезжавшие на имянины родственники, чтобы не опоздать к торжеству и ничего не пропустить! Дорога не столь дальная как трудная. От базы до позиции десять километров по крутым горным тропинкам. Взгромоздился на мула и вместе с обозом везущим, тоже на мулах, воду и продовольствие на день двинулся в путь.

Дорога для меня уже знакомая так как я уже один раз ее проделал, когда наши там стояли месяца полтора тому назад. Несмотря на это я не мог оторвать глаз от дивной панорамы. С наступлением осени листья пожелтели и создали местами новые сочетания красок редкой красоты. Вершина fuento delto-Pedro на которой находится позиция видна издали, кажется вот-вот цель достигнута, но коварная тропинка уводит тебя в противоположную сторону. Но всему бывает конец и я наконец, спешился среди наших.

Позицию я не узнал. Со времени моего предшествующего приезда сюда, ее очень хорошо оборудовали, построили хорошие блиндажи, устроили прекрасные гнезда для пулеметов. Прямо дивуешься как смогла местная ге-рилья втянуть на такую высоту, по этим крутым тропинкам, столь толстые бревна для потолка? От красных нас отделяет ущелье, в глубине которого протекает горная речка. Они прячутся и только оружейные выстрелы нам напоминают об их близости,

На позиции русское засилье, даже начальник боевого участка русский тениенте (поручик). Николай Евгениевич К. (Кривошея). Один из стаи славных! Когда я добрался до позиции уже вечерело, стало холодно. Мы забрались в блиндаж. Хозяева стали высказывать беспокойство пришлет ли наш ротный артельщик Квинтин во время заказанных кур, фрукты и проч.; установили последние детали празднества.

В 6V2 часов, с наступлением темноты улеглись, накрылись шинелями и одеялами, прижались для теплоты ближе друг к другу и решили спать. Одному мне не спалось на новом месте, и я наблюдал как наши часовые пунктуально сменяли друг друга каждые два часа. Следующую смену они будили за десять минут. Люди которые спали одетыми в полной боевой амуниции, вставали и накидывали плащи-шинели и как призраки исчезали в темноте. Вернувшиеся же с постов бесшумно входили и с видимым удовольствием накрывались одеялом чтобы согреться.

Под утро я все-таки задремал и только в 6% часов утра проснулся от крика наших поваров, зовущих всех пить горячий кофе. Первая мысль какая будет погода? Вышли из блиндажа и сразу стало ясно, что погода решила побаловать наших имянинников. Тучи разошлись и на безоблачном небе из-за гор подымалось всесогревающее солнце. Мы решили пойти поздравить единственного двойного имянинника шт.-кап. Сергея Петровича В., (Бриллиантов), которого его друзья прозвали здесь «мучаго» (маленький). Мучато который хотел было сначала рассердиться, что его будят раньше времени, но увидев принесенную ему чарку рому, смилостивился осушить ее и быстро пошел с нами пить кофе.

В это время появились столь ожидаемые мулы, но увы без заказанной провизии. Квинтин обещал все доставить посредине дня с мулами, которые привезут воду. В виду сего обстоятельства созвали экстренное совещание с нашими добровольными шефами молодым марковцем Василием Евгениевичем К. (Кривошея) и сибирским кадетом Михаилом Андреевичем С. (Сальников). Решили парадный обед сделать вечером, а к завтраку улучшить обыкновенное меню чаркой водки под соответствующую закуску.

Наш ротный брадобрей как бы почуяв наживу, без всякого особого приглашения, появился на позиции и сразу же нашел большую клиентуру. Все даже упорно решившие не брить бороды до конца войны, поддались общему примеру и побрились и к завтраку приняли сразу же праздничный вид. Стали устраивать стол достаточно длинный, чтобы все могли за ним уместиться. Вынесли оставшиеся от постройки блиндажа доски, и на камнях соорудили в одну доску стол. По случаю торжественного дня перед трапезой спели молитву. Наши шефы, сумевшие сочетать в себе многолетний опыт иностранного легиона с русским хлебосольством и заботливостью, сами себя превзошли и из бывших под рукою продуктов казенного пайка, приготовили прекрасный обед. Вообще оба они большие молодцы. Видя, что русские большинство отряда, скучает по русскому столу, они самоотверженно предложили себя в повара работать без устали и что самое трудное сумели угодить не только нашим, но и испанцам, готовя пищу с весьма малым количеством айсете (оливкового масла), а весь остаток выливая в часть причитающуюся нашим соратникам. Накануне они приготовили такую рисовую кашу со шкварками, мы пальцы облизывали и наши вспомнили эскадронную кухню во время великой войны.

Первую чарку старший марковец Н. Е, К. (Кривошея) превозносит за наши две страны Россию и Испанию. Второй тост был мой за доблестных марковцев в лице их представителей, которые сумели не на словах, а на деле, доказать что не умер дух русского офицера и несмотря на долгие годы эмиграции при первой возможности встали с оружием в руках на борьбу с палачами нашей Родины, несмотря на все чинимые им препятствия. Затем пошли другие тосты, за начальника марковской дивизии, Марковского Артиллерийского дивизиона, отсутствующих ныне здесь марковцев и другие. Услышав громогласное ура которым отвечали присутствующие на каждый тост, красные как бы почуяв перед собой своего исконного врага открыли бешенный ружейный и пулеметный огонь!

Испанцы пили с нами нашу водку, находя ее крепкой, но одобряли. Затем пошли в блиндаж сыграть в добрый старый винт. Но игра была скоро прревана, т. к. приехал Кинтин и с ним одна пожилая крестьянка из деревни где наша база (оба они наши большие друзья) и принесли кур и прочие продукты.

Надо вам сказать, что Кинтин молодой рекете, бывший учитель, наш приятель, хорошо говоривший по-французски и в случае затруднений с нашим испанским языком, нас очень выручает. Начальник местной герильи, узнав что у русских праздник, прислал нам в подарок винограду из своего сада и для нас двух офицеров, по прекрасной гаванской сигаре. Само собой разумеется Квин-тина и старушку угостили и поднесли по чарке водки. Старушка обязательно хотела видеть, как устроились русские, всюду побывала даже в окопах и даже в бинокль разглядывала позиции красных. Наконец вполне довольные приемом и всем виденным, они весело пошли домой. Мы же стали готовиться к ужину или вернее к куринно-му супу, который и имел вполне заслуженный успех.

После обеда беседа затянулась дольше обыкновенного, пока Морфей не призвал всех в свои обьятия и я уверен, что нашим пмянинникам должны были сниться хорошие сны.

Приехал я к нашим на один день, но у них так хорошо, они все такие гостеприимные и хорошие, что я засиделся и пробыл на их «курорте» целых пять дней и толь* ко обязанности службы вынудили меня вернуться в штаб терсио.

На обратной дороге вспоминая проведенные пять дней, я подумал, что действительно был на курорте, где многим из наших эмигрантов было бы полезно среди настоящих русских людей полечить свой больной дух.

Февраль 1938 г.

Наконец то у нас наступило тепло и моя «роскошная» комната у местного священника дона Мариано стала днем обитаема. До сей поры я приходил к себе только к ночи и сразу же нырял в ледяную кровать и накрывшись четырьмя одеялами всеми имеющимися у меня теплыми вещами, щелкал зубами пока мое ложе не согревалось. Утром пулей вставал и бежал в наш «квартель», где наши из консервных банок понаделали подобие печек, весь день и всю ночь топят и поэтому, несмотря даже на отсутствие стекол в окнах, у них тепло и можно отогреться» Писать же было негде, в «квартеле» нет места, а у меня, при малейшей попытке сесть за письма, руки коченели и сам я превращался в сосульку. Теперь же постараюсь наверстать пропущенное, чтобы держать читателей «Часового» в курсе жизни первого русского отряда в национальной Испании. О военных действиях не пишу, вы и без меня знаете, что они идут блестяще, а русские добровольцы всегда и всюду держат и будут держать высоко Русское Знамя. Пишу о нашей будничной жизни, зная что оставшиеся там «заграницей», русские люди интересуются нами, нашей жизнью, письма же не всегда регулярно доходят, а в некоторых странах письма, идущие отсюда, попадают не адресатам, а к интересующимся ими агентам Коминтерна.

^ И так начну с нашей стоянки. Стоим мы в маленькой горной деревушке, расположенной в 25клм. от ближайшего местечка. Доступ к ней до нашего прихода был очень труден по горным тропинкам на мулах. С приходом же сюда нашей части, наш командир по прозвищу Папа (мы и здесь не могли оставить своей старой привычки давать всем клички), распорядился от ближайшего шоссе проложить или вернее расширить тропу и теперь к нам приходит в сухую погоду раз в неделю грузовик с продуктами на неделю, а иногда и легковые автомобили с начальством, Местные жители говорят, что наш район один из самых суровых во всей Испании и что здесь держатся холода, как нигде. Этому я охотно верю, т, к. даже теперь ночью еще холодно и мы спим под теплыми покрывалами.

Деревня наша бедная, жители народ очень симпатичный и трудолюбивый, Я прямо восхищаюсь их выносливостью и здоровьем. Несмотря на холодный климат, во всей деревни нет ни одной печки. Готовят они себе пищу на маленьком костре, который раскладывают на полу, в одной из комнат (обыкновенно их не больше двух) под прямым дымоходом. Этот же костер служит единственным местом, где вся семья отогревается в короткие часы варки пищи. Во время дождя или снега сидеть у костра нельзя, т. к. через широкую трубу капает прямо на сидящих. Дома построены из камня с очень толстыми стенами, окна очень маленькие вроде бойниц, поэтому даже летом внутри сыро. Стекол по причине военного времени нигде нет. Большинство жителей никогда не видело железной дороги и города больше чем наша Молина де Арагон,

Вопрос питания здесь тоже очень упрощен, жители едят очень мало. Варят раз в день фасоль приправляя ее прованским маслом или чечевицу, а вечером суп из черствого хлеба приправляя его тем же асейте (прованское масло) или иногда кусками свинного сала. Мясо едят очень редко и только баранину. Мой симпатичный хозяин, с которым я очень подружился и к которому все наши относятся с исключительным уважением и симпатией, до нашего прихода сюда никогда не пил чаю и не ел масла. Теперь он со мной пьет каждый день чай и находит это большой роскошью. Есть у нас в местечке три лавочки и при них комнаты, где можно выпить в праздник чашку весьма скверного кофе и выпить «копу» нескверного рома за 10 сент. Одно из этих кафе особенно притягивает некоторых из наших и даже из особо «серьезных», т, к, в нем подает дочь хозяина местная красавица Песодора, за которой «некоторые» пытаются ухаживать, но конечно тщетно, так как здесь ухаживания дальше шутливого разговора а доме не идут.

Местность здесь очень красивая, воздух очень хороший. Все мы чувствуем себя очень хорошо. Сравнительно недавно приехавший сюда бар. Илья Анатольевич О.-Д. (Остен-Дризен) являет нам лучший пример пользы здешней жизни, он очень пополнел, приобрел «выправку» и стал неузнаваем. Другой наш соратник Евгений Владимирович К. (Кривошея), переведенный к нам из легиона, где был тяжело ранен в грудь и которому доктора в легионе сказали, что он не переживет весны, совершенно поправился и теперь имеет богатырский вид. Все мы загорели, стали бронзовыми, накопили сил и с нетерпением ждем приказа двинуться снова вперед.

На нашем участке сейчас сравнительно спокойно. Несем сторожевую службу, ходим на разведку, наблюдаем за красными, все усилия которых направлены на задержку нашего победоносного движения на других участках фронта. До нас доносятся звуки канноады, наша молодежь прислушивается к ним и находит их приятнее всякой музыки. Внимательно следя за положением на фронте, я уверен, что наше горячее желание скорее двинуться вперед, скоро осуществится и что мы долго не задержимся. Пока что несем службу добросовестно, отдавая себе отчет, что стоим на ответственном участке фронта и что доброволец всегда должен нести службу образцово. Службы много, наряды каждый день. Днем свободные от наряда ходят на строевые занятия, а мы кроме того, серьезно изучаем испанский язык, который нам преподает наш капеллан дон Хозе Мария Бассес. Преподает он прекрасно И многие из нас делают большие успехи, а Лев Николаевич П. (Пылаев) так даже пишет без ошибок, чем окончательно покорил свою очаровательную сарагосскую мадрину (крестная мать). Досуги свои заполняем чтением газет, русские книги (последние уже все прочли и теперь перечитываем), а затем играем в карты. Воскресили добрый старый винт. Главный профессор по этой части Михаил Николаевич Ю. (Юренинский), так хорошо научил своих партнеров, что они его все время обыгрывают, в чем он не хочет никак признаться. Белот (конечно видоизмененный на испанский манер нашими) имеет много приверженцев и даже Петр Васильевич Б. (Белин) поддался соблазну и «дошел до белота».

Теперь у нас идет шахматный турнир. На первом месте идет маэстро Владимир Викентьевич Б. (Боярунас). Днем ходим на речку мыться. Не упускаем случая праздновать имянины, дни рождения, полковые праздники и т.п. Недавно даже праздновали такое печальное событие, как мой день рождения, хотя я уже дожил до такого возраста, когда день рождения наводит скорее на грустные мысли, чем веселые. В этом году этот день был для меня очень радостным, т. к. мои соратники поднесли мне в этот день исключительный сердечный адрес, в стихах написанных нашими талантливыми поэтами Константином Андреевичем Г. (Гончаренко) и Владимиром Ивановичем Н. (Налетов) на очень красиво раскрашенном последним в русско-испанском стиле листе, за подписью всех. Меню наших празднеств конечно очень скромное, ограничивается обычно сардинками и простым красным вином, но это дает нам повод собраться и попеть наши русские песни. Хор же у нас образовался очень хороший, есть просто оперные голоса [Николай Сергеевич А. (Артюхов)]. И как трогательно звучат здесь слова песни добровольца»

Вспоили вы нас и вскормили Отчизны родные поля И мы беззаветно любили Тебя Святой Руси земля и т. д.

Репертуар у нашего хора очень большой, поет даже оперные вещи. Для моего кавалерийского сердца так приятно всегда слышать песнь Ахтырских Гусар. (Времен Царя Алексеея), под звуки фанфар или «едут поют юнкера гвардейской школы». Для всякого жанра песен у нас есть свой запевало. Кавалерийские очень хорошо запевает клястицкий гусар Вадим Александрович К. (Клименко). Наше пение очень нравится нашим соратникам испанцам, которые приходят толпой слушать пение нашего хора. Научились некоторым нашим мотивам. Недавно иду по деревне и слышу, что несколько человек поют: «пей до дна, пей до дна» и т. д., подхожу и застаю такую забавную картину: один из наших «чик» (так здесь называются наши молодые рекете), пьет вино из боты (мех-кожан-ная бутыль), а несколько других, окружив его, поют ему нашу чарочку-Описание жизни нашего отряда было бы не полно, если бы я не упомянул бы о наших животных. Прежде всего, как всякая уважающая себя часть, мы имеем собак. Ветераном является Пенка (по-испански Пэпэ), дворняжка, которая с нами с самого начала. Умнейшая соба-ченка. Служит, дает лапу, но у себя на уме. Второй Макар, подобие немецкой овчарки. Взяли его маленьким щенком, а теперь выросла большая псина. Зовут его также Макар Павлович. Потому что его выкормил и все время с ним возится Павел Александрович 3. (Зотов). Затем воспитанница Евгения Евгениевича П. (Пальчевский), ручная сорока «Тишка».

Летает на свободе, идет на зов, ест из рук. Вот и сейчас я сижу в саду и Дмитрий Корнелиевич Г. (Голбан) ловит на спине других мух, которыми кормит Тишку.

Большое оживление вносит каждый раз приезд к нам наших соотечественников. Переведенных из других частей. Недавно приехал из легиона Али Константинович Г., (Гурский), прослуживший 15 месяцев в легионе и трижды за это время раненый, имевший две лауреады (высшая коллективная боевая награда), заслуживший в легионе блестящую репутацию. Из той же части приехал к нам молодой граф Григорий Павлович Л. (Ламсдорф), даже в легионе прославившийся своей храбростью. На этих днях также из легиона приехал барон Борис Сергеевич Л.-В., (Люденхаузен-Вольф), только что выписавшийся из госпиталя, где лежал с отмороженными ногами, после доблестного участия в Теруэльской операции. Приезжают к нам и гости. Недавно был у нас служивший в навар-ских рекете Владимир Абрамович Д., (Двойченко), произведенный за храбрость в сержанты и представленный за то же в офицеры. Рассказал он нам очень много интересного о боях его части, имеющую здесь исключительную боевую репутацию.

Пасху мы проводили уже здесь. Лелеяли надежду встретить и провести ее по православному обычаю. Наши друзья обещали нам, что к этому времени приедет к нам из Парижа священник, приезд которого нам особенно был приятен, т. к, многие из нас его знают и относятся к нему с большим уважением. Нам было даже сообщено о дне его приезда и я посылал ему навстречу. Увы, нас постигло жестокое разочарование. В последнюю минуту, как мы узнали это теперь, одно высшее духовное лицо, лишило нас в той борьбе которую мы здесь ведем во имя Бога с врагами церкви возможности провести такой великий праздник, как Пасха, по православному исповедываться и причаститься. Нам же казалось, что как христолюбивые воины, мы имеем на это право. По сведениям в ближайшее время в Испанию отправляется священник, едущий туда по собственному почину о. Александр Шабашев.[1]

К Пасхе мы получили, по инициативе Лидии Феодо-ровны П. (Пешня), посылку с подарками и куличами. Посылка эта поспела как раз к сроку. Я нарочно съездил за ней и поспел во время обратно. До Молины я добрался к вечеру в Великую Субботу, но там загрустил. Автомобили нашей части оказались в починке и я не знал, как доберусь до наших. Выручил меня наш бывший первый командир майор Л. Руэс приехавший специально чтобы поздравить нас с праздником и провести первый день с нами. Такой поступок милейшего командира Руэса особенно трогателен. Занимает он теперь высокий пост и приехал из далека. Утром на его автомобиле поехали на фронт. Приехали как раз к завтраку. Наши уже решили-что я не поспею и тем приятнее был для них наш приезд.

Я застал уже стол накрытым и всех в сборе в самой большой комнате нашего квартеля. Белые стены которой разрисованы нашими художниками. Стол состоящий из двух досок был «великолепно» сервирован. Какое-то подобие скатерти, гирлянды из листьев. На столе сандвичи с сардинками, рыбными консервами, плоская лепешка, долженствующая изображать кулич, глиняные кувшины с местным красным вином, походные для него чарки. Главным украшением стола служили раскрашенные весьма талантливо Николаем Константиновичем С, (Сладков), яйца. Их было очень много и каждое имело другой рисунок.

По нашему офицерскому обычаю, я был встречен командою: *г. г. офицеры» после чего со всеми похристосовался и мы лихорадочно бросились открывать посылку, со страхом спрашивая себя в каком виде дошли куличи. Вынули их и сразу же успокоились, дошли они в прекрасном виде и оказались исключительно вкусными, поставленные на стол, они сразу придали ему русский родной вид. После этого пошли за майором Руэсом и всеми нашими офицерами, которых пригласили к нашему столу. Пропели Христос Воскресе, наш капеллан, за отсутствием православного священника, благословил трапезу и мы стали разговляться. Подарили нашим гостям на память по раскрашенному яйцу, которые их очень заинтересовали. Куличи страшно всем понравились. Честь и слава тем ручкам русских хозяек, которые их делали. Смею их заверить, что они доставили нам несказанную радость.

Трапеза не обошлась без тостов. Пили за Испанию, за Россию, за нашего Генералиссимуса Франко, за майора Л. Рузса. Пропели несколько песен и затем дежурная часть пошла занимать посты. Оставшиеся проводили майора Руэса. Праздник кончился. Мы продолжаем нашу боевую страду. Но те, короткие часы, которые мы провели в обстановке напоминающей нам о наших красивых обычаях, окруженные заботой о нас дальних, но вместе с тем близких друзей, в особенности русской женщины с ее чутким сердцем, дает нам новые силы на тернистом пути служения нашей горячо любимой Родине для ее освобождения.

12 июня 1938 г., Арагонский фронт.

Давно Вам не писал. Все откладывал в надежде, что смогу Вам описать горячие бои на каталонском фронте в которых мы надеялись принять участие. Увы, наши надежды не оправдались! Наше «терсио» не принимало участия в каталонской операции и в то время, как другие части громили и преследовали красных, мы были обречены служить заслоном на фронте Тахо и сдерживать во много раз превосходящего нас по силе противника! стремящегося своим продвижением отвлечь на себя часть наших сил, ведущих победоносное наступление.

Задача тяжелая и неблагодарная. Наша служба фактически сводилась к несению сторожевого охранения в непосредственной близости с противником и пресечения всяких его попыток проникнуть в наше расположение. Служба очень ответственная на которую были обречены особо надежные части. Слабость наших сил на этом участке фронта не давала нам возможность иметь сплошную линию охранения, поэтому наш легион (терсио рекете Донна Мария де Молина, Сент Яго и Нумансия), растянутый на протяжение более 50 километров, занял отдельные командные выстоы, отстоящие друг от друга на 5 клм. и больше, небольшими отрядами, поддерживающими между собой связь гелиографом и патрулями.

После отражения нами попытки красных наступать в районе деревни Гренесь — гряда Сень-Хуан, закончившейся их полным разгромом, мы заняли высоту Контадеро (1639 метр.), на которой прочно укрепились. Поставили проволочные заграждения, сделали хорошие окопы, пулеметные гнезда, провели ходы сообщения и построили себе землянки. Приезжавшее к нам начальство очень одобрило всю нашу работу по оборудованию позиции и поставило ее в пример другим частям.

Контадеро представляет совершенно голую вершину. Как позиция она бесспорно лучшая из всех, которые мы занимали за все время войны. Кроме несения усиленных нарядов в караулы и секреты, постоянно работаем по улучшению позиции, доставке дров. Очень часто производилась разведка неприятельского расположения. Разведка всегда сопровождалась перестрелкой, но слава Богу, мы за все время понесли очень мало потерь.

Иногда во время этих разведок мы имели сюрпризы. Так в день нашего отрядного праздника 8-го октября, мы наткнулись на брошенную красными при нашем продвижении кухню и захватили все ее оборудование вместе с запасом провизии. На Кантадере мы простояли пять месяцев, там же мы справляли первый праздник нашего отряда день Св. Иоанна Богослова (26-го сентября по ст. ст.), В этом году наш праздник мы провели особо торжественно, благодаря присутствию среди нас о. протопресвитера А. Шабашева. К этому дню приехали также наши соратники из терсио Наварра полк. В. А. Двойченко, шт.-ротм. А. А. Трингам и пор. В. И. Ковалевский. В самый день праздника к нам приехали наши давнишние соседи на фронте, офицеры кавалерийского полка Кастельехос, сделавшие более двадцати километров по горным тропинкам, чтобы провести с нами день нашего праздника.

Полк Кастельехос один из лучших, еще по мирному времени, полков испанской армии, стяжавший в эту войну блестящую боевую репутацию. Офицеры этого полка наши большие друзья, относятся к нам с исключительным уважением и всячески стараются нам доказать свою дружбу-Праздник мы провели в исключительно торжественной обстановке. Утром отец протопресвитер отслужил обедню, во время которой мы все приобщались и затем служили молебен нашему небесному покровителю. Пел наш хор под управлением К. А. Гончаренко. Устроили временный престол на самой вершине горы. Перед ним, поддерживаемые пирамидами из ружей, гордо развивались наш русский императорский штандарт и испанский национальный флаг. На службе присутствовали все наши соратники испанцы и что нас очень тронуло, после молебна все они, не только прикладывались ко кресту, но также целовали руку батюшке. Этим они как бы нам отплатили за то внимание и уважение, которое мы проявляем в отношении их духовенства. Возможность начать наш первый отрядный праздник с молитвы, доставило нам громадную радость. Мы все видели счастливое предзнаменование в том, что во время православной церковной службы наш русский — родной штандарт опирался на ружья русских добровольцев, которые ни на минуту не прекратили Белой борьбы и при первой возможности взялись за ружья, чтобы не на словах, а на деле бороться с врагами нашей Родины,

Здесь война приближается к своему победоносному концу. Мы все, здесь находящиеся глубоко верим, что нанесенный здесь Генералиссимусом Франко тяжелый удар Коминтерну отразится и в России и дни его власти над ней сочтены! Мы верим что наше, оставшееся верным нашим традициям, офицерство и наша национальная молодежь, которая не поняла что их место было здесь с нами, когда война перенесется на родную землю объединиться вокруг нас для окончания начатой нами здесь во имя России борьбы! Могу вам сказать что порой нам было очень тяжело переносить все те лишения, которые выпали на нашу долю в условиях суровой горной войны, но незабвенные минуты проведенные в день нашего первого и последнего праздника здесь принесли нам настолько большую радость, что все тяжелое было забыто!

Однако вернусь к нашему празднику. После обедни о. Александр отслужил молебен Св. Иоанну Богослову с провозглашением вечной памяти Государю Императору Николаю II, Царской Семье и всем воинам в России и здесь «за Веру, Царя и Отечество» живот свой положившим; затем многолетие Российскому Императорскому Дому, христолюбивому воинству и чинам русского отряда в Национальной Испанской Армии. После этого состоялся завтрак, на который мы пригласили всех наших испанских соратников. Завтрак с русской самодельной водкой с борщей и», с русскими песнями. Наши друзья кастельехосы уже усвоили некоторые наши обычаи, так например, наш приятель тениенте Пако перевел на испанский язык нашу чарочку и после завтрака офицеры этого полка во главе с Пако ее мне поднесли пропев на их языке.

Праздник кончился, уехали наши гости и на другой день мы проводили батюшку, а сами продолжали еще долго оставаться в радушном настроении после столь хорошо проведенного дня.

Условия жизни на нашем парапете становились изо дня на день тяжелее- Сообщения с базой становились труднее и труднее. До ближайшей деревни от Контадеро около 15-ти верст и постоянные дожди делали единственную тропу плохо проходимой, вдобавок заедали вши и поэтому все обрадовались, когда пришел приказ оттянуть наш отряд в базу, деревню Чека.

Несмотря на столь неприятное для русского слуха название, деревня Чека представляет очень симпатичную деревню населенную богатыми крестьянами, которые все почти карлисты. Они относятся очень хорошо вообще к рекете, к нам же они проявляют особо сердечное отношение. Отдохнув в Чеке наше терсио было переброшено на другой участок фронта и даже вошло в другую дивизию.

Прощай Молина, Тахо, суровые Арагонские горы! Настала наша очередь двинуться вперед и принять участие в последних боях по очистке испанской земли от красной нечисти. О наших новых переживаниях я вам напишу следующий раз, а пока позволю себе рассказать читателям «Часового» из того, что уже отошло в прошлое и о чем сейчас уже можно говорить. О русских доборвольцах в Национальной Испанской армии циркулируют среди эмиграции самые невероятные слухи. О них рассказывают массу всяких небылиц, как хороших так и плохих. Последние идут из Кругов или советских или лиц которым русские национальные интересы абсолютно чужды. Поэтому будет наверно интересно читателям знать правду о русских добровольцах из первоисточника.

Всего русских добровольцев в Национальной Испанской армии было 72 человека. Прибыли они сюда из разных стран, большинство из Франции- Доброволец прибывший в Испанию из самой далекой страны бесспорно наш соотечественник Николай Эвальдович Барк, приехавший сюда с Мадагаскара, где он занимал хорошее положение. Из числа 72 добровольцев 34 убито и из оставшихся живыми девять ранено. Легионер Николай Петрович Зотов ранен пять раз (как последствие последнего ранения одна нога стала значительно короче), Лейтенант Константин Александрович Константино ранен три раза (с потерею зрения на один глаз), Кабо Али Константинович Гур-ский ранен три раза, из коих один раз тяжело, Сержант Владимир Абрамович Двойченко ранен два раза, оба раза очень легко, Лейтенант Николай Всеволодович Шинкаренко ранен тяжело в голову. Рекете: Георгий Михайлович Зелим-Бек, Александр Владимирович Бибиков, Василий Ев гениев ич Кривошея, Александр Александрович Трингам и Николай Эвальдович Барк ранены по одному разу и кабо Барон Борис Сергеевич Вольф во время те-руэльской операции отморозил себе ноги. Во главе списка убитых стоит генерал-майор Анатолий Владимирович Фок (здесь лейтенант нашего терсио Донна Мария де Молина. Теперь можно сказать правду о его геройской смерти)[2]. Когда вторая рота нашего терсио была окружена окружена громадными силами красных в районе Кинто де Эбро и почти вся погибла, тениенте А. В. Фок, с группой из нескольких рекете продолжал защищаться бросив свою последнюю ручную гранату и расстреляв патроны своего неразлучного спутника, еще со времени великой «Нагана», когда красные ворвались на парапет, он последней пулей покончил с собой выстрелом в висок. Я имел возможность беседовать с несколькими рекете его роты бежавшими из красного плена и бывшими свидетелями последних дней жизни и смерти Анатолия Владимировича. Сердце наполняется гордостью при рассказе этих простых людей о доблести этого белого рыцаря. В том же бою погиб капитан Яков Тимофеевич Полухин смертью храбрых, Он был ранен в шею, перенесенный для перевязки в местную церковь, он был погребен под ее развалинами. Оба они награждены посмертно коллективной лауреа-дой (высшей испанской боевой наградой).

Вы знаете также уже о геройской гибели старшего лейтенанта Всеволода Михайловича Марченко (из письма его сына), прибавлю к этому только что накануне его смерти, я имел длинную беседу с ним и у меня на всегда останется в памяти образ этого исключительного человека и горячего русского патриота. Все легионеры знают имя бригадира (фельдфебеля) Nicolas. (Николай Иванов), который служил в легионе уже много лет и о легендарной храбрости которого создались целые легенды. Убит он в начале этого года на каталонском фронте- Кн. Лаур-сов Магалов, 3. Кампельский, В, Чиж, И, Бонч-Бруевич и многие другие своей геройской смертью внесли новые лавры в историю доблести русского воинства. Не могу умолчать о фалангисте Куценко, раненом под Тэруэлем, взятом в плен красными: и зверски ими замученного. Но не одни мертвые до конца своих дней честно послужили

России в борьбе против ее палачей и среди живых остались люди о доблести которых надо чтобы также знала русская эмиграция.

В терсио Наварра командует сейчас ротой тениенте К. А. Константинов Грузин по происхождению, настоящий русский офицер по духу. Несмотря на тяжелые ранения, он остался в строю. И среди наварцев, которых трудно удивить личной доблестью, заслужил исключительную боевую репутацию, считаясь лучшим офицером терсио. Он награжден медалью за sufriemento, а теперь, за бои под Монтерувио, представлен начальником группы войск к личной военной медали. В том же терсио служит сержантом полковник Владимир Абрамович Двойченко, который тоже проявил большие боевые качества и по приказанию генерала Пинто (командующего армией), представлен к боевой награде. Легионер Зотов несмотря на пять ранений, несмотря на то, что нога его стала, после последнего ранения значительно короче, вследствии чего он был призван негодным к военной службе; умолял начальство позволить ему вернуться в строй своей части где он пользуется исключительной репутацией и где по личной храбрости ставится в пример и без того храбрым легионерам. Из первых прибывших сюда четырех русских добровольцев (генералы А. В. Фок, Н. В. Шинкаренко, кап. Н. Я. Кривошея и шт.-кап. Я. Т. Полухин), остался невредим только капитан Марковского артиллерийского дивизиона Николай Евгеньевич Кривошея, который фактически командует русским отрядом в терсио Донна Мария де Молина. Прекрасный офицер, следивший все время, даже во время эмиграции, за совершенствованием военного искусства (в Париже окончил курсы генерала Головина), Н, Е. пользуется исключительной боевой репутацией, не только среди своих, но и среди нашего начальства и наших рекете. Много раз он командовал, и всегда успешно, ответственными участками на фронте. Очень жаль, что его знание, боевой опыт соединенные с редким хладнокровием в бою не были лучше использованы здесь. Но, увы, по местным законам, иностранец не имеет права на высшие командные должности!

Н. В. Шинкаренко, тяжело раненый во время боев под Бильбао в голову, был произведен Генералиссимусом в чин тениенте легиона и несет службу в 6-й бандере. Можно от души пожелать чтобы здоровье этого талантливого военноначальника и писателя возможно скорее окончательно восстановилось бы. Во время службы в легионе тяжело ранен разрывной пулей в челюсть единственный кавалер ордена Св. Георгия 4 ст. ротмистр Александрийского гусарского полка Георгий Михайлович Зелим Век, после целого ряда сложных операций он был признан негодным к военной службе, несмотря на это, он не пожелал освободиться и перешел в наше терсио, чтобы вместе с нами остаться в строю до конца войны.

Сейчас русские добровольцы распределены здесь следующим образом. Русский отряд в терсио Донна Мария де Молина состоит из 26 человек под начальством тениенте Н. Е, Кривошея и при сержанте П. В. Белине. В терсио рекете Наварра 2 русских, в терсио Ареаменди1 и в терсио Монтехура 2. В легионе трое. В эскадроне рекете Бургонья один и трое оставили военную службу из коих один по слабости здоровья. Среди этих лиц имеется один Георгиевский кавалер (ротмистр Г. М. Зелим Бек), трое имеют георгиевское оружие и десять имеют солдатские георгиевские кресты.

Об том, что сделали здесь русские добровольцы для русского дела, какую пользу Белой борьбе принесли они здесь, расскажу вам в следующем письме. Сегодня скажу вам только одно: они доказали испанцам, что Россия, это не СССР, как это все почти здесь считали до их прибытия и что русский и коммунист — не одно и тоже!

Сан Себастиан, 18 марта 1939 г.

[1] Благодаря материальной помощи состоящего под председательством баронессы О. М. Врангель Комитета в Брюсселе, удалось организовать поездку в Испанию нашего старого и заслуженного военного священника о. Протопресвитера Александра Ша-башева.

О. Протопресвитер пробыл в Национальной Испании около 12 дней, посетил нескольких русских офицеров, находящихся в госпиталях и пробыл два дня на позициях Русского Добровольческого Отряда. На высоте 1.700 метров, в непосредственной близости от красных, которые не могли не видеть, что происходит у их противников, о. Александр, на открытой площадке, украшенной русским и испанским национальными флагами, отслужил обедню и молебен по случаю праздника марковцев в день Св. Сергия Радонежского. Все русские добровольцы исповедовались и приобщились Св. Тайн. В этот день к ним приехало несколько человек и хэ других частей. Православная служба произвела на испанцев большое впечатление, все испанцы подходили к кресту и целовали нашему священнику руку.

О. Александр — военный священник великой войны, четыре раза раненый, награжденный крестом на Георгиевской ленте — сумел укрепить и ободрить наших добровольцев. Старейшина русского отряда полк. Н. Н. Болтин прислал нам письмо, в котором, от имени всех русских добровольцев выражает свою радость и удовлетворение тому, что их мечта помолиться и исповедываться исполнилась. Это лучшая награда тем жертвователям, которые прислали в Комитет свои лепты.

По словам о. Александра, русские добровольцы бодры духом, дружно живут и непоколебимо верят в то, что вслед за близкой победой правого дела в Испании, придет очередь бороться за Национальную Россию. О. Александр с большим удовлетворением и похвалой отозвался о той большой работе, которую ведет по обеспечению русского отряда его старейшина полковник Болтин.

[2] Я уже писал в «Часовом» об этом, ко по вполне понятным причинам тогда не мог говорить о том, что он покончил с собой.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s