Виталий Даренский. Герои русского возрождения. К 55-летию разгрома ВСХСОН

И даже если мы погибнем, это нисколько не остановит других, но будет лишь вдохновлять.
И.В. Огурцов

Более оскорбительного слова, чем «революционер», для нас, членов организации в бытность ее, не существовало. Мы были всего-навсего обычными русскими людьми, всерьез озабоченными судьбой будущего страны и изъявившими готовность действовать во спасение тысячелетнего  государства средствами, предложенными программой И. Огурцова. Слово «революционер» для нас было равнозначно слову «бес», и никак иначе. Русские революционеры начала XX века были для нас бесами, одержимыми сатанинской идеей воплощения Царства Небесного на Земле исконно сатанинскими средствами.
Л.И. Бородин

В 2022 году исполняется 55 лет разгрома Всероссийского Социал-Христианского Союза Освобождения Народа (ВСХСОН) и 85 лет его главе И.В. Огурцову. Судьба ВСХСОН до сих пор остается старательно преданной забвенью страницей истории русского антикоммунистического движения. Ещё в 1960-е годы члены ВСХСОН предвидели скорый крах Советского Союза, однако, как истинные патриоты России, они вовсе не видели в этом своей победы. Целью ВСХСОН было не ускорить крах, который и без них был неизбежен, но не допустить последующего захвата власти в России наследниками большевиков. Члены ВСХСОН думали о спасении России, единственный способ которого видели в том, чтобы создать к «часу икс» такую силу, которая в условиях падения коммунистического строя, сможет взять власть и начать русское возрождение страны. Поскольку в 1991 году силы, подобной ВСХСОН, в России не оказалось, то её дальнейшая судьба складывается именно по тому сценарию, которого они хотели избежать. И сегодня русские вновь находятся в том же отчаянном положении, как и полвека назад, и стоят перед той же задачей. В этих условиях программа ВСХСОН полностью актуальна и нисколько не устарела для наших дней. Но дело не только в программе. Еще более важен жизненный и нравственный подвиг людей, создавших ВСХСОН. Родившиеся в СССР, они собственными силами избавились от порабощения советской идеологией и сами открыли истину Православия и подлинной России – Святой Руси. Их подвиг стал тем великим символом возрождения России, который останется навсегда.
Всероссийский Социал-Христианский Союз Освобождения Народа был основан 2 февраля 1964 г., когда 4 русских патриота-«почвенника» Игорь Огурцов, Михаил Садо, Евгений Вагин и Борис Аверичкин основали Союз, нацеленный на будущее возрождение русского народа и построение социал-христианского строя на основе русских православных традиций – после неизбежного саморазрушения коммунистической диктатуры. Основатели и первые его члены – выпускники ЛГУ. К моменту ареста 15 февраля 1967 г. большинства состава ВСХСОН организация насчитывала 28 членов и более 30 кандидатов в разных городах СССР. ВСХСОН представлял собой уникальное явление в политически жизни подсоветской России 1960-1980 гг. Во-первых, это было движение христианское, основанное на идее духовного сопротивления безбожной власти и возрождения православной России. Во-вторых, это было движение, организованное для взятия власти и создания новой освобожденной России. При этом взятие власти предполагалось не в виде кровавого восстания, а наоборот, в виде противостояния хаосу, который возникнет при неизбежном саморазрушении ССССР. В-третьих, это было интеллектуальное движение, основатели которого сделали научный прогноз о неизбежности скорого краха коммунистического режима вследствие его внутреннего вырождения. Мировоззренческие позиции и главные принципы ВСХСОН были сформулированы его основателями во многом благодаря знакомству с трудами мыслителей русского Зарубежья. Ими осознавался бесчеловечный и антинародный характер коммунистической доктрины, разрушившей устои русской православной цивилизации и подрывающей основы существования человеческой личности и целых народов.
Оценка членами ВСХСОН коммунизма как обезбоженной религии, создающей свою тоталитарную анти-церковь, делает их позицию по отношению к коммунистической власти в первую очередь не политической, а религиозной. Это роднит социал-христианство ВСХСОН с Белой идеей. «По глубокому смыслу Белая идея, – писал И.А. Ильин, – выношенная и созревшая в духе русского Православия, есть идея религиозная. Эта идея борьбы за дело Божие на земле, идея борьбы с сатанинским началом в его личной и в его общественной форме. Борьба, в которой человек, мужаясь, ищет опоры в своём религиозном опыте». Такой же по своему духовному смыслу была и борьба ВСХСОН. Естественно, что восприятие ВСХСОН в кругах русофобской «третьей волны» эмиграции было негативным.
Программа ВСХСОН характеризует капитализм и «его болезненное порождение – коммунизм» как явления, в основе которых лежит общая антихристианская концепция человека. Их следствия – растворение личности в стихийных силах, рабство у материи, и вырождение личности как результат потери истинных целей и смысла жизни. Главой Союза И.В. Огурцовым было сформулировано емкое и точное определение тоталитаризма как системы тотального насилия над всеми сферами жизни общества и личности со стороны замкнутого класса-касты, организованного как партия-секта. В духовном плане этот класс-каста представляет собой псевдорелигиозную (идеологическую) секту, имеющую непререкаемую «догматику» и культ с ритуалом – сочинения «классиков», директивы партии, почитание вождей, героев и т.д. В экономическом отношении это собственник всех средств производства и рабочей силы. В политическом отношении это всевластная партийная бюрократия мафиозно-террористичекого типа.
Предполагалось, что Союз, постепенно возрастая в численности, сумеет подготовить кадры для периода перемен и не только возглавит антикоммунистическое движение в России, но и предложит народу социал-христианский образ бытия. Никаких внешних акций не планировалось вплоть до начала саморазрушения СССР. Главное внимание было сосредоточено на росте организации и духовном воспитании её членов. Вовлечение новых членов осуществлялось в несколько этапов. В ходе этого процесса человек, приходящий из атеистического общества, должен был реализоваться как духовная личность. В каждом подразделении организации были созданы библиотеки религиозной, философской, политической литературы, размноженной фотокопировальным и машинописным способом.
Членами организации стали многие студенты вузов Ленинграда, которые, получив распределение на работу в различные города СССР, создавали на местах группы ВСХСОН. Согласно материалам следствия, подразделения и группы Союза существовали кроме Ленинграда в Москве, Краснодаре, Волгограде, Томске, Иркутске, Шауляе, Петрозаводске, на острове Валаам. Как вспоминал И.В. Огурцов, «Половина – преподаватели гуманитарных институтов. Центром у нас, да, был университет. Шесть факультетов. Хотя и другие вузы были… Потом они разъезжались по разным городам, куда получали назначения. Организация разрослась от Шауляя до Иркутска и от Валаама до Краснодара. Вот такой крест. Практически охват всей страны по границам. И все были очень молоды. Когда нас арестовали, никому не было тридцати лет. Все были люди состоявшиеся, определившие свой жизненный путь. В 25 лет старшие научные сотрудники, преподаватели… Потом, техническая интеллигенция. По документам все – старшие инженеры, сотрудники министерств. И очень небольшой на тот момент процент студентов и рабочих. Крестьян не было, потому что тогда не было уже и крестьянства… Наша деятельность была нацелена на города, в основном на города крупные. На вузы, на крупные предприятия, в чем мы и преуспели. Если полистать мое дело от ареста до суда – полтора года допросов, то оно о многом говорит».
Причиной раскрытия организации было предательство. В феврале 1967 г. в ряде городов СССР прошли аресты членов ВСХСОН. В поле зрения КГБ попало около ста лиц, причастных к организации. Обнаружение столь многочисленной антисоветской группы вызвало в политбюро ЦК КПСС тревогу, граничащую с паникой. Доклад по делу ВСХСОН на заседании политбюро ЦК КПСС представил председатель КГБ СССР Андропов, в нем, в частности, он охарактеризовал идеологию организации как «русизм». Через следствие прошло около ста человек. Но не все получили срок. Некоторые шли как свидетели. Но административные наказания – ссылка, увольнение с работы, это коснулось очень многих, почти всех. Срок получил 21 человек. Те, в отношении кого, с точки зрения следствия, было доказано, что эти люди не только были членами организации, но и принимали какое-то активное участие в ее работе. Были приняты чрезвычайные меры для того, чтобы факт существования Союза не получил огласки в стране и за рубежом. По словам И.В. Огурцова, «было принято решение – убить нас молчанием. Тем более, и я об этом уже говорил, поначалу отмалчивался и Запад. Если в отношении какого-нибудь Быковского они могли выливать ушаты грязи, то о нас почти не упоминали. А в Советском Союзе в отношении нас было табу. Ведь такое дело – заговор с целью захвата власти! И ни звука!.. Нам говорили: “Вы что? Чем-то обижены? В детстве в рваных ботинках ходили? Или у вас отцов расстреляли?” Кстати, кое у кого расстреляли! Например, Бородин только на следствии узнал, что его отец был расстрелян». Как видим, для советского мышления действия людей определялись только материальными причинами – борьба против режима по нравственным и религиозным соображениям для такого «животного» мышления не понятна. Однако, говорит И.В. Огурцов, «коммунистам было страшно делать из нас великомучеников. А так они решили, – дадим двадцать лет, поставим их на колени!».
Следствие по делу ВСХСОН продолжалось 14 месяцев, в нем участвовали эксперты по социологии, юриспруденции, экономике и религиоведению: академики Чагин и Харчев, привлечены как эксперты по религиозной литературе академик Кон и профессора Тюльпанов и Шахнович. Они квалифицировали взгляды участников ВСХСОН как «буржуазно-монархический христианский фундаментализм». Суд над руководителями Союза И.В. Огурцовым, М.Ю. Садо, Е.А. Вагиным и Б.А. Аверикиным был закрытым. Доступ на него получали по особым билетам представители КПСС и КГБ. Подсудимым инкриминировалась ст. 64 УК РСФСР «Измена Родине», «Заговор с целью захвата власти». 5 апреля 1968 г. в Ленинграде завершился судебный процесс: 29 членов организации предстали перед судом, 21 был приговорен к лишению свободы на сроки от 10 месяцев до 15 лет. Глава организации Огурцов был приговорён к 15 годам заключения и к 5 годам ссылки, Садо, Вагин, Аверичкин к 13, 8 и 8 годам соответственно. Позже состоялся суд над 17 рядовыми членами ВСХСОН, которые были осуждены по ст. 70 УК РСФСР – «Антисоветская агитации и пропаганда» на сроки до 7 лет лишения свободы. Во время следствия и суда многие члены ВСХСОН вели себя достойно и мужественно. Огурцов, Садо, Иванов, Бородин, Платонов, Ивойлов, Веретёнов с презрением отвергли обвинение и остались на своей идейной позиции. Тяжёлые условия заключения во Владимирской и Чистопольской тюрьмах, в Пермских и Мордовских лагерях не сломили их верности своим убеждениям. «предлагали написать какую-нибудь покаянную бумажку, чтобы они меня освободили. Я отказался».
Ленинградский городской суд дважды судил членов ВСХСОН. В декабре 1967 г. были осуждены руководители Огурцов, Садо, Вагин и Аверичкин. Они получили соответственно: 20 лет (тюрьма, лагерь и ссылка), 13 лет (тюрьма и лагерь), 8 и 8 лет лагеря по 64-й статье УК РСФСР «Измена Родине». Пламенных патриотов Родины судили якобы «за измену Родине», а на самом деле за «измену» коммунистическому режиму и марксистской идеологии. Им приписали «заговор с целью захвата власти». Остальных «рядовых» 17 членов ВСХСОН Ленгорсуд судил с 14 марта по 5 апреля 1968 г. по ст. 70 УК РСФСР («Антисоветская агитация и пропаганда»). За чтение и распространение книг философов Ильина, Бердяева, Федотова и других авторов были осуждены: Вячеслав Платонов, Леонид Бородин, Владимир Ивойлов, Николай Иванов, Михаил Коносов, Сергей Устинович, Юрий Бузин, Юрий Баранов, Валерий Нагорный, Александр Миклашевич, Георгий Бочеваров, Владимир Веретенов, Анатолий Ивлев, Анатолий Сударев, Ольгерт Забак, Олег Шувалов, Станислав Константинов.
Хотя восстание социал-христиан предполагалось лишь в отдаленной перспективе, на случай Смуты и угрозы гибели самого государства. Тем не менее, 4 руководителя ВСХСОН (двое из них почили) до сих пор НЕ реабилитированы. Сначала было решение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 28 декабря 1992 г. о том, что руководители ВСХСОН «осуждены обоснованно и не подлежат реабилитации». Только в начале 1994 г. рядовых членов ВСХСОН «реабилитировали». Но четверых лидеров эта реабилитация не коснулась. 20 ноября 1996 г. Президиум Верховного Суда РФ во второй раз постановил приговор 1967 г. по делу Огурцова, Садо, Вагина и Аверичкина «оставить без изменений». Суд снял с них обвинения в чтении и распространении книг русских мыслителей, но заговор против незаконного безбожного режима счел «преступлением». Это стало откровенным САМОРАЗОБЛАЧЕНИЕМ власти нынешней РФ: этим явно не правовым, а политическим решением суда, она открыто признала себя наследницей большевистского режима и всех его преступлений.
В.Н. Осипов вспоминал, как в 1962 г., когда он прибыл в один из политлагерей Мордовии (п. Озерный), а политзаключенные прибывали тогда еженедельно, и там сидели ревизионисты, «улучшавшие» марксистско-ленинизм, и приверженцы западной демократии. Только три политзека (В.Л. Солонев, В.С. Поленов и Ю.А. Пирогов) изначально выступали с русских национальных позиций. И только с появлением членов ВСХСОН в зоне появляется национально и православно ориентированные люди.
Глава ВСХСОН Огурцов Игорь Вячеславович родился 22 августа 1937 года в Волгограде, в 1966 г. окончил восточный факультет Ленинградского государственного университета. Кроме восточных языков, увлекался йогой и фехтованием. После университета работал старшим техником в ЦНИИ информации и технико-экономических исследований, переводчиком в Ленинградском кораблестроительном институте. По свидетельству И.В. Огурцова, в его семье 22 человека погибли за Россию в период с Первой Мировой войны. Его род идет от Запорожской Сечи: единственным из старшин Украины, кто не изменил Петру в Полтавской битве, был Андрей Кандыба – дальний предок И.В. Огурцова. И в 1710 году он был назначен вторым лицом после гетмана – Генеральным судьей Малороссии. Дед И.В. Огурцова строил «Аврору», а один из родственников, Михаил Петербургский – священномученик, известный богослов, был расстрелян в 1932 году и канонизирован. Есть его икона. До революции у него было много работ на тему «церковь и политика», а на Поместном соборе 1918 года он даже был среди кандидатов на Патриаршество. Отец И.В. Огурцова во время войны стал командиром дивизии, но остался в звании полковника. Это говорит, с одной стороны, о его военном таланте, а с другой – об отсутствии карьеризма. И среди основателей ВСХСОН были и другие сыновья военных – выходцев из народа, отличившихся на войне. В России таким людям давали дворянство, а в СССР они возродили тот дворянский дух, который так явно был явлен и в их потомках – сыне начальника политуправления Военно-морского флота вице-адмирала Кулакова, внуке первого командующего Балтийским флотом адмирала Аверичкина (как раз в дни суда над ВСХСОН в Кронштадте его именем была названа улица) и зяте начальника Военно-медицинской академии СССР генерал-полковника Гончарова. Тем самым, основатели и активные члены ВСХСОН могли бы стать так называемой «золотой молодежью», живущей в привилегированных условиях, но вместо этого сознательно стали героями и мучениками за свой народ.
По признанию И.В. Огурцова, к созданию ВСХСОН его привело что-то «очень личное, очень сложное». Этими кроткими словами он очень скромно обозначил тот поистине титанический труд ума и души, который нужно было пройти для обретения того русского мировоззрения, которое полностью противоречило общеобязательным догмам советского человека и возвращало человека к истинной истории и к Богу. В интервью, озаглавленном «В ХХ веке мы пережили геноцид», он напомнил: «Огромный процент населения – крестьянство, и рабочий класс, и интеллигенция – был просто физически уничтожен советами. За весь период правления Сталина физически было уничтожено почти столько же людей, сколько во время Второй мировой войны, – десятки миллионов. Ещё больше было затравлено. Так что наша судьба в XX веке не просто трагична, мы претерпели геноцид после революции – если события октября 1917 года можно так называть… Страна была подвержена геноциду – и физическому, и духовному, морально-нравственному». И это – не результат какой-то исторической случайности или чьей-то ошибки. Нет, геноцид России заранее планировался и это хорошо известно: «Энгельс говорил, что Россия стоит на пути захвата пролетариатом мировой власти. Поэтому ей надо навязать… цитирую: “истребительную войну и безудержный террор”». У человека, который уже знает эту реальную историю ХХ века, остается два пути: либо струсить и закрыть глаза – либо пойти на подвиг спасения России от окончательного уничтожения. Третьего не дано, и И.В. Огурцов свой выбор сделал.
В 1963 году он написал «10 тезисов социал-христианства», а в 1964 г. – программу «военно-политической организации «Всероссийский Социал-Христианский Союз Освобождения Народа (ВСХСОН)», затем – «Народную хартию» из 36 пунктов. 15 февраля 1967 года И.В. Огурцов был арестован и 3 декабря 1967 приговорен Ленинградским городским судом по ст. 64 и 72 УК РСФСР к 15 годам лишения свободы (7 лет тюрьмы и 8 лет лагерей) плюс 5 лет ссылки. По его воспоминаниям, «гэбистская публика нас стращала. Говорили: “Вы знаете, вас всех надо в психиатрические лечебницы! Что это у вас за христианство такое?!”». Духовное одичание этих советских людей дошло уже до того, что христианскую веру они считали сумасшествием. Тюремный срок И. В. Огурцов отбывал во Владимире, затем лагерный – в Пермской обл. В заключении получил инвалидность 2-й группы.
И. В. Огурцов так описывает свое состояние духа в письме к матери от 22 марта 1977 г. «Моя уверенность в себе и ровное расположение духа зависит от того, что я с самого начала, зная в чьи руки я попал, был готов на все, на любой исход и полностью отрекся от всякой жажды жизни. Эта определенная степень отрешенности дает мне возможность хладнокровно, со значительной объективностью оценить многие события… В нашем случае суд задался целью продемонстрировать, что ни здравый смысл, ни законы не послужат препятствием для самой жестокой кары. Желая парализовать ужасом всякую оппозицию, они пустили в ход самое страшное оружие, и убедили людей в том, что оно может быть встречено без страха. И даже если мы погибнем, это нисколько не остановит других, но будет лишь вдохновлять… Итак, желая нас ликвидировать – укрепили, желая сделать ничтожными – возвысили». Таков главный – Евангельский закон жизни.
Судебные процессы над руководителями и членами ВСХСОН проводились в условиях секретности. Внутри СССР сведения о них не получили никакой официальной огласки, в отличие, например, от дела А.Д. Синявского и Ю.М. Даниэля. «Вы же помните: если какого-нибудь еврейского правозащитника на пятнадцать суток сажали, поднимался немыслимый шум. А нас стали поддерживать, когда мы уже по тринадцать-пятнадцать лет отсидели. Когда увидели, что мы все же живые после пятнадцати лет, посчитали, что нужно подключиться. И, правду сказать, действительно помогли в последний момент», была даже «резолюция Сената и конгресса Соединенных Штатов в нашу поддержку».
И. В. Огурцов в одном из своих интервью рассказывал: «В эмиграции с 1976 года знали о нас довольно подробно и были весьма воодушевлены наличием такой организации. Потом, когда мы уже туда приехали в 1988 году, о нас знала вся эмиграция. Ещё и в период моей ссылки было много публикаций в Америке, Германии. Даже фильмы были сняты эмигрантские и проходили показы, в частности в Штатах. Эти фильмы все есть в интернете… в ссылке, как это ни странно, была возможность получать письма и даже отвечать на некоторые из них. Я получил около 10 тысяч писем за пять лет ссылки из разных западных стран. Причём писали все – от сенаторов до безработных, написал даже президент США Рональд Рейган. Ещё будучи в ссылке, я получил почётное французское гражданство. Но писала в то время всё-таки молодёжь – люди от 25 до 40 лет. А вот из советского блока никто не писал: там: вероятно ничего и не знали. Несколько книг было издано и на английском, и на русском ещё в период, когда я находился в ссылке. Один из нас – Вагин Евгений Александрович – жил и работал в Италии и Франции. Он много материалов передал на Запад».
Н.А. Струве, руководитель парижского «Вестника РХД» и фактический глава издательства ИМКА-Пресс, получил текст Программы ВСХСОН, вывезенный в 1966 году из Москвы находившейся там эмигранткой из Франции Е. Львовой, т.е. незадолго до разгрома организации, но Струве и после состоявшегося суда долго не публиковал эту программу ‒ даже несмотря на то, что ВСХСОН сформировался на основе философской литературы, в том числе изданной этим издательством. Лишь в 1975 году ИМКА-Пресс опубликовала программу, и только после этого она переиздана в 1976 году издательством Народно-Трудового Союза «Посев». Н.А. Струве текст Программы ВСХСОН почему-то держал под спудом девять лет. «Посеву» удалось позже сделать известным имя заключенного члена ВСХСОН, ставшего писателем ‒ Леонида Ивановича Бородина, которого удалось принять в члены ПЕН-клуба (в этом очень помог глава французского ПЕН-клуба внук российского премьер-министра П.А. Столыпина Дмитрий Столыпин). Почти одновременно со вторым арестом Л.И. Бородину была присуждена французским ПЕН-клубом литературная «Премия Свободы» – за мужество. Выйдя на свободу в 1987 г., В.И. Огурцов был вынужден эмигрировать за пределы СССР. В Вене самолет из Ленинграда 29 ноября 1987 встречало около 50 человек из разных стран и прошла его первая пресс-конференция для иностранных СМИ, затем и вторая уже в Мюнхене 2 декабря. Обе они были организованы Франкфуртским Обществом прав человека. В.И. Огурцов упоминает «сто пятьдесят выдающихся людей Франции, которые меня удостоили почетного французского гражданства», а также «афиши моих выступлений в разных городах Италии. Темы: “Куда идет СССР Горбачева?”, “Советский Союз сегодня”, “Кризис тоталитаризма и христианская альтернатива”. Афиши висели на тумбах, на стенах».
Возвратившись из эмиграции в 1992 г., Огурцов участвовал в попытке объединения патриотических сил (конгресс 8 февраля 1992 г.), которая окончилась безрезультатно. В настоящее время Огурцов возглавляет благотворительную организацию «Милосердие». Вагин, оставаясь в эмиграции (Италия), издаёт журнал «Вече». Л.И. Бородин, после отбытия второго срока за публикацию своих сочинений за рубежом, занимается литературной и издательской деятельностью (был главным редактором журнала «Москва»). В.М. Платонов продолжает научную работу в области эфиопистики. Садо с 1980 по 2001 гг. преподавал в СПб Духовной Академии, в настоящее время продолжает заниматься общественно-политической деятельностью. Поддерживал тесные связи с монархическими и национал-патриотическими организациями в России, вступил в 1988 в Христианско-Патриотический Союз, в 1989 г. – в Союз «Христианское Возрождение». 9 февраля 1992 года участвовал в организованном В. Аксючицем Конгрессе гражданских и патриотических сил и был избран членом Центральной думы учрежденного на конгрессе Российского Народного Собрания.
Однако, как отметил В.И. Огурцов, «Не было такой ситуации, которая включила бы нас в этот процесс [строительства новой России]. И процесс сам по себе был не тот, в котором нам хотелось участвовать… Потому что не в ту сторону пошло. Конечно, единственное, что мы могли бы одобрить и считать достижением, – это конец тоталитарной системы. Это единственный плюс огромный. Но и конец тоталитарной системы не тем завершился. А сейчас мы – половина уже в мире ином, а остальным уже за 80 лет». В.И. Огурцов говорит и том, что развал СССР непосредственно осуществлялся под руководством КГБ как целенаправленный процесс: «Поддерживали всеми силами все сепаратистские движения: “Саюдисы”, “Рухи”, то есть просто контора гэбистская поддерживала. Малейшие русские патриотические всплески сразу давились! Я, будучи в Мюнхене, имел очень большую информацию об этом. Провоцировали, давили, не давали даже голову поднять. Стимулируя и чуть ли не создавая на окраинах сепаратистские движения. Курс на распад, на разделение был заложен с самого начала». Тем самым, не уже вызывают удивления и все последующие процессы.
Программа ВСХСОН («Народно-революционная хартия»), принятая 2 февраля 1964 года – это не только исторический памятник, но нисколько не утратила своей актуальности. Более того, можно сказать, что за прошедшие уже почти 60 лет она только доказала свою правоту на фоне всего того, что произошло за это время. Поэтому справедливо утверждение В.И. Огурцова: «Такой программы не имеет ни одна партия на сегодня, я уж не говорю о партии правящей, у которой вся программа сводится к пяти буквам: “Путин”… Эта программа – безо всякой дерзости, безо всякой скромности, то, что написано там, это – единственный выход для России».
Стоит кратко рассмотреть основные её тезисы, важные и для нашего времени. Во «Введении» авторы пишут: «Миру необходимо духовное возрождение… Социальная катастрофа, в которую была ввергнута Россия в результате коммунистической революции, явилась тяжелым историческим уроком для всего мира. На протяжении своего полувекового существования коммунистическая система являла полную противоположность тем идеалам, к которым стремится человечество. Коммунистический опыт построения нового мира и попытка воспитать нового человека привели лишь к созданию бесчеловечного мира. Будучи болезненным детищем материалистического капитализма, коммунизм развил и завершил все вредные тенденции, которые имелись в буржуазной экономике, политике, идеологии. В этом – источник поразительного сходства коммунизма с фашизмом. Составные части марксистско-ленинского учения заимствованы из западных буржуазных теорий. Новым в марксистско-ленинской “науке” являются программа обобществления, то есть захвата принадлежащих народу средств производства классом партийной бюрократии и руководство к установлению диктатуры этого класса над народом».
Таков подлинный смысл так называемой «советской цивилизации», которую в наше время пытаются реабилитировать, представляя её «частью русской истории». СССР, конечно, можно считать «частью русской истории» – в то же смысле, в каком частью русской истории было татаро-монгольское иго. Эпоха физического и духовного геноцида народа вообще не может быть частью истории – это антиистория. Манкурты, воспитанные на советском беспамятстве, сейчас устраивают пляски на костях своих предков, похваляясь «великими достижениями советской эпохи». Этим «шариковым», лишенным памяти и совести, даже в голову не приходит, что при любом другом строе эти достижения были бы намного большими уже хотя бы потому, что не была бы уничтожена лучшая часть народа, а рабский труд на государство всегда намного менее производителен, чем труд свободный. Если бы не катастрофа 1917 года, сейчас население России было бы, как минимум, в два раза больше. И это было бы именно русское население, а не бессмысленная масса людей, лишенных национального сознания и понятия о высшей цели жизни – после того, как их лишили и Бога, и национальности.
Духовная катастрофа советского периода намного страшнее любых материальных потерь, поскольку её результаты в полной мере начали действовать только сейчас. Большевики паразитировали на лучших качествах русского народа, доставшихся им от царской России, но сами эти качества уничтожали. Когда паразитировать стало уже не на чем, и народ выродился в массу «субпассионариев», советский строй рухнул, как карточный домик. В советский период были уничтожены духовные основания семьи, трудовой и социальной этики – и теперь происходит вымирание народа, начавшееся еще в 1960-х годах (население позднего СССР росло уже только за счет азиатских республик). В Программе ВСХСОН говорится именно об этих главных – духовных – основаниях русской катастрофы: «Поверхностный буржуазный материализм превратился в фанатический атеизм, который стал почвой страшного антигуманизма, отрицанием человеческой личности. Отступив от Бога, коммунизм тем самым обезличил человека, превратил его в объект, в средство. Не только хозяйство было отчуждено от человека, но отчуждены его воля, его ум, его сердце… закономерно возник и развился до патологических форм культ лжеспасителей человечества». Коммунизм лишь для поверхностного взгляда кажется противоположностью капитализма, а на самом деле является порождением его худших тенденций – материализма и лишения собственности основной массы населения.
«Коммунизм довел до предела начатую капитализмом пролетаризацию масс. Принудительный труд сменил относительную свободу труда, которая характерна для капиталистических отношений… Индустриальное строительство в коммунистических странах велось более бесчеловечными методами, чем где бы то ни было и когда бы то ни было… По своей природе коммунизм не смог выйти из противоречий капитализма, он обострил их до последней степени и стал худшим, нетерпимым злом», – совершенно точно формулирует Программа ВСХСОН смысл исторической катастрофы.
В качестве примера позитивного решения социальных проблем в Программе ВСХСОН приводится «социальная доктрина католической церкви, обращенная к народам и христианско-демократическим партиям, указывает на необходимость окончательно изменить такое положение, при котором трудящиеся не участвуют в собственности на средства производства, провозглашает всеобщие и вечные моральные законы, следование которым спасает человека и общество из образовавшегося тупика». И наоборот: «В то же время коммунистический мир разлагается. Народы в тяжелом опыте познали, что он несет нищету и угнетение, ложь и моральное вырождение. Природа этой системы такова, что она не может улучшаться, не подрывая тем самым своих основ. Всякое улучшение её означало бы лишение господствующего класса его права, незаконно присвоенного, монопольно владычествовать в экономике, политике или идеологии. Любая из этих отдельных свобод неизбежно вела бы к свободе полной, к ликвидации тоталитарной системы. Поэтому добровольно, без борьбы, этот класс не уступит ничего. Освобождение народов от коммунистического ига может быть достигнуто только вооруженной борьбой… Народная освободительная революция, направленная на свержение диктатуры коммунистической бюрократии… Для полной победы народу необходима своя подпольная армия освобождения, которая свергнет диктатуру и разгромит охранные отряды олигархии». Показательно, что конец СССР видится авторам Программы именно как борьба с «охранными отрядами олигархии», а не теми, кто пытался сохранить советский строй. Это означает, что конец СССР ими был предсказан очень точно, а также и то, кто на самом деле придет ему на смену. Именно этому процессу и рассчитывал помешать ВСХСОН, но в 1991 году такой организации не было.
Главный тезис Программы ВСХСОН оптимистичен: «Завтрашний мир будет основан на христианских идеалах. Социальное христианство утверждает свободу человека, святость семьи, братские отношения между людьми, единство всех наций. Социал-христианство – это персоналистическая экономика, политика, культура, в основу которых положены законные права и интересы человеческой личности».
Концептуальную ценность имеет исторический анализ событий ХХ века, представленный в Программе. Однако он начинается с сомнительного тезиса: «Единодушная оппозиция огромного большинства народа обеспечила бескровную победу революции в феврале 1917 года, в результате которой самодержавие пало». Выражения здесь почти дословно повторяют советский учебник, однако на самом деле это не более чем «дань времени». Авторы не только не выступают против самодержавия, но и сожалеют о его падении. Большевистский переворот «спровоцировал гражданскую войну, в процессе которой лихорадочно создавало тоталитарную систему, отбросившую народ назад, к эпохе крепостного права». В результате этого коммунистического переворота была предана «великая народная революция», ибо «российскому революционному движению XIX–XX веков, поскольку оно выражало общенародные интересы, прямо противоположен марксизм-ленинизм по своей идейной сущности, методам и целям, который выступил как течение глубоко антиморальное, антигуманное, антикультурное, антинародное».
Однако фразы о «великой народной революции» и о «революционном движении» здесь больше рассчитаны на широкого читателя и имеют целью  противопоставить советский тоталитаризм «революционным идеалам». Хотя, возможно, авторы еще в какой-то степени продолжали считать эти «идеалы» чем-то позитивным. Однако в дальнейшем это мнение было пересмотрено. Как писал позднее Л.И. Бородин, «Более оскорбительного слова, чем “революционер”, для нас, членов организации в бытность ее, не существовало. Мы были всего-навсего обычными русскими людьми, всерьез озабоченными судьбой будущего страны и изъявившими готовность действовать во спасение тысячелетнего государства средствами, предложенными программой И. Огурцова. Слово “революционер” для нас было равнозначно слову “бес”, и никак иначе. Русские революционеры начала XX века были для нас бесами, одержимыми сатанинской идеей воплощения Царства Небесного на Земле исконно сатанинскими средствами. Безусловно, мы понимали, что бесы без причины в том или ином народе не объявляются, что именно глубокий кризис Православия, начавшийся в предыдущем веке, одна из главнейших причин русской революции. Но… проклятие тому, через кого зло приходит в мир, вне зависимости от объективности причин» (Бородин Л.И. Без выбора // Собр. Соч. Т. 6. С. 184).
Основа противостояния советскому режиму – не в так называемых «материальных интересах» (у членов организации их вообще не было, а была лишь жертва собой ради спасения России), но в первую очередь – в спасении человека от безбожия и вечной смерти: «Сущность марксизма-ленинизма как философского учения – в отрицании божественной основы мира, в отрицании надматериальных ценностей, в отрицании духовной свободы человека. Поскольку экспериментальная наука не подтверждает и не может подтвердить эти положения, они покоятся на произвольном догматическом фундаменте и представляют собой в конечном счете метафизический материализм – самое безнадежное и ложное философское учение. Это есть культ бессмысленности бытия и абсолютной смерти».
Однако и «материальный фактор» также был чрезвычайно важен – поскольку экономическое порабощение народа также было одним из главных факторов его деградации в советский период. Это закономерно, поскольку «марксистско-ленинское положение об антагонизме классовых интересов в органической хозяйственной системе и в необходимости вооруженного классового столкновения приводит к самоубийственной для нации гражданской войне и к диктатуре коммунистической олигархии, при которой впервые в истории государство становится главным образом органом непрерывного насилия над народом, а интересы нового господствующего класса – действительно непримиримыми с интересами угнетенного народа… Марксистско-ленинское требование принудительно обобществить народное хозяйство ведет к хозяйственной тирании, к абсолютной, рабской зависимости народа от правителей, к резкому падению производительности и низкому качеству товаров, к нищенскому уровню жизни для трудящихся». В нравственном отношении к деградации народа  приводит то, что «марксистско-ленинское требование идеологического единства и тотального коммунистического воспитания народа вызывает жесточайшее моральное угнетение всего общества, развращает людей в атмосфере всеобщего лицемерия… Это учение, приведшее к необъятной власти новый господствующий класс – коммунистическую бюрократию, враждебно человечеству. Объективно служит оно только этому классу в деле ограбления, обмана и подавления народов».
Как это ни парадоксально, но марксистская теория о так называемых «классах», будучи крайней примитивизацией по отношению к мировой истории в целом, именно по отношению к СССР приобретает вполне реальный смысл. Программа ВСХСОН дает классовый анализ советского режима: «Рабочий класс, закрепощенный на государственных предприятиях, ставших коллективной собственностью бюрократии, стал еще более неимущим и бесправным… Коммунистическое обобществление хозяйства есть экспроприация народа в целом, превращение его в народ-пролетарий… создавались условия для возникновения нового эксплуататорского класса, превзошедшего силой все господствующие классы прежних социальных систем и отличающегося от них своей абсолютно паразитической природой. Этот класс превзошел их силой потому, что милитаристски организован и обладает большими навыками в демагогии и терроре; он превзошел их потому, что стал монопольным собственником всего народного хозяйства и тем самым – собственником рабочей силы… Этот тоталитарный класс коммунистической бюрократии растоптал человека и общество… Вся история коммунистического господства представляет непрекращающуюся – то скрытую, то открытую – войну между диктатурой бюрократов и народом».
После захвата власти в 1917 г. «коммунистические диктаторы ответили на требования рабочего класса, который они якобы представляли, свирепым террором», а затем «преодолевая трудности коллективизации, партийное руководство организовало в 30-х годах великий голод, чтобы окончательно сломить крестьянское сопротивление. Вооруженные отряды были отправлены в деревни, чтобы силой забрать не только так называемые излишки, но и жизненно необходимые для крестьян продукты. Страшные последствия этой меры, в результате которой десять миллионов человек погибли голодной смертью, тщательно скрывались от всего мира за железным занавесом. Одновременно преследовалась и вторая цель – согнать миллионы крестьян с земли, чтобы использовать их в качестве дополнительной рабочей силы для социалистической индустриализации».
Наконец, уже сформировавшемуся «классу партийного чиновничества, который превратил всю страну в трудовой концентрационный лагерь, уже было нетрудно расправиться со своими вчерашними товарищами, и к 1938 году тысячи и тысячи свободомыслящих членов партии стали жертвами коммунистической системы… класс партийной бюрократии истребил десятки тысяч командиров Красной Армии, что явилось продолжением террора против народа, в целях сохранения коммунистической диктатуры».
Вообще можно с полным основанием утверждать, что концепция русской истории ХХ века, кратко изложенная в Программе ВСХСОН, и наше время может служить настоящим образцом научно обоснованного видения истории, основанного на высоких нравственных принципах.
В частности, точной, объективной и взвешенной является следующая формулировка: «Великая Отечественная война была национальной, и только так она была осознана народом. Не рискуя призывать народ на борьбу под коммунистическими лозунгами, партийное руководство пошло даже на некоторое оживление национальной традиции и проявило более терпимое отношение к церкви. Только после победы была предпринята попытка придать войне идеологический характер. Между тем даже фашизм, являющийся разновидностью тоталитарной системы, не представляет собой столь всеобъемлющей тирании, как коммунизм. Если коммунистическая диктатура сосредоточивает в руках класса партийной бюрократии все три сферы общественной жизни, то фашистская диктатура захватывает только политическую и идеологическую монополию. Отсутствие главного, экономического, рычага в распоряжении партии ослабляет политический и идеологический гнет. Вместе с тем фашистская диктатура не возникает сама собою, а вызывается угрозой коммунизма и, как правило, жизнеспособна только до тех пор, пока эта угроза остается. Но основное отличие фашизма от коммунизма заключается в том, что фашистская партия не образовывает, наподобие коммунистической бюрократии, паразитического, всемогущего класса эксплуататоров. В борьбе с Германией народ защищал свою Родину, а не коммунистический класс и его страшную систему».
Совершенно точно указано и негативное последствие советского «освобождения Европы», которое породило там всеобщую русофобию в наше время: «Коммунистическая олигархия, используя победоносный исход войны, навязала ряду стран коммунистический режим и поддерживает его вооруженной силой. Подавляя оружием национальную свободу и социальные права народов, коммунистическое правительство вызывает ненависть к России, которая может стать тяжелым наследием для вашей страны». Самым подлым образом ненависть народов к СССР теперь уже «автоматически» переносится ими и на современную Россию.
Применение «классового подхода» к советскому строю дает его весьма точную характеристику: «Установление власти тоталитарной партии и превращение частной собственности в государственную стали условиями зарождения всемогущего эксплуататорского класса. Так как почти все принадлежит государству, а коммунистическое государство есть не что иное, как монопольная власть партии… образуются два новых класса со своими особенными взаимоотношениями. С одной стороны, класс всесильных монополистов, с другой – класс неимущих, охватывающий всех остальных, народ, спрессованный в безличную крепостную массу… Крестьянство, составляющее половину населения страны, за пользование ничтожным приусадебным участком вынуждено отрабатывать советскую барщину на государственных латифундиях… Наконец, ни в одной стране мира женский труд не эксплуатируется так широко, как в коммунистических странах».
Эта «отгороженная от всего мира, коммунистическая каста создала замкнутую систему хозяйства, которая нужна олигархии для сохранения ее собственности и власти, но которая очень дорого обходится народу… Эта хозяйственная тирания создается и поддерживается особым политическим режимом, который до поры до времени подавляет стремление народа к экономическому, политическому и духовному освобождению. Если с экономической точки зрения коммунистическая система есть разновидность государственно-монополистического капитализма, то с политической – представляет собой крайний тоталитаризм, вырождающийся в деспотию».
Глубоко вскрыта и квазирелигиозная сущность советской идеологии: «Марксизм-ленинизм враждебен религии не потому, что это учение атеистическое, а потому, что оно само есть лжерелигия… Однако ее нельзя привить, прежде чем будет искоренена национальная традиция – живая душа народа… Все искреннее, самобытное, талантливое, благородное, что есть в народе, подавлено, вынуждено жить в глухом сопротивлении».
И вот, наконец, итоговая формулировка, объясняющая неизбежность краха всей коммунистической системы: «Никакие доведенные агитаторами коммунизма до виртуозности меры маскировки не могут скрыть, что дело идет именно к разрушению личности, семьи, народа… Внутренняя война против народа, вследствие нового углубления коммунистической революции, достигает на современном этапе предельного напряжения… Бредовая утопия как будто близка к полному претворению в жизнь. Но, несмотря на то, что история довела эксперимент почти до предельно уродливой формы, конечные цели коммунистического класса неосуществимы. И мировой крах наступит для этого класса именно тогда, когда ему будет казаться, что он стал всесильным на земле и на небе». Последний тезис кажется парадоксом, но, как мы знаем, именно так и всё и произошло в реальности.

Можно сопоставить Программу ВСХСОН с памфлетом А. Амальрика «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года». В чем принципиальная разница? Во-первых, у А. Амальрика нет своей самостоятельной концепции, а просто скомпилированы тезисы традиционной антисоветской пропаганды, в том числе и явно фантастические, вроде неизбежности войны СССР с Китаем. Во-вторых, А. Амальрик пишет с ненавистью и злорадством, наивно отождествляя СССР с самой Россией, которую он ненавидит. Программа ВСХСОН написана людьми, которые жертвовали свои жизни за Россию, и поэтому они видели ее сущность, что совершенно недоступно А. Амальрику, жившему в плену стандартных русофобских мифов. Авторы Программы ВСХСОН видели неизбежность саморазрушения советского строя, исходя из понимания непреложного нравственного закона жизни народа. Эта сфера исторической жизни А. Амальрику, судя по всему, совершенно неизвестна.
Но помимо этого глубинного нравственного закона истории авторы из ВСХСОН очень хорошо понимали и практические аспекты деградации советского строя. В Разделе IV Программы «Историческая обречённость коммунизма» говорится: «Сущность коммунизма настолько реакционна и аморальна, что его идеологи не могут обнаруживать ее в неприкрытом виде. На социальную действительность набрасывается покров иллюзий… Безраздельная власть коммунистической олигархии и партийно-государственное хозяйство не означают социализм. Организованное бюрократическим классом «строительство социализма» явилось ничем иным, как индустриализацией, проводимой наиболее преступными методами и в интересах этого класса. Любой другой путь построения промышленности не только не требовал кровавых жертв, но и был бы значительно короче». Это «непроизводительный рабский труд не заинтересованных в нем миллионов и запрещение всякого свободного труда вне рамок государственного хозяйства… неизбежная в условиях коммунизма бесхозяйственность в гигантских масштабах Уровень народного потребления… по сравнению с капиталистическими странами ниже в пять-шесть раз, и что самое показательное, народ в СССР потребляет меньше, чем до революции в царской России». Действительно, и до сих пор мало кто знает, что средний уровень народного потребления материальных благ, который существовал перед 1917 годом (перед революцией он рос стремительными темпами), в СССР был достигнут только к 1970-м годам, да и то не везде и не во всем. Фактически СССР на полвека обрушил народ в страшную нищету, прервав нормальных ход экономического развития страны.
Общий вывод таков: «Коммунистическая форма собственности глубоко реакционна, вредна в экономическом отношении, приводит ко всевозможным видам угнетения человека и общества. Историческое развитие форм собственности вело неуклонно к свободному народному хозяйству, и коммунизм представляет собой ненормальную хозяйственную формацию. Этатистская система не выросла закономерно из исторических форм хозяйства, она была искусственно и насильственно создана и приспособлена к интересам самого хищного эксплуататорского класса… Ее временное существование поддерживается исключительно обманом и насилием. Но нельзя обманывать вечно, и насилие будет низвергнуто силой».
Это неизбежно, поскольку «находясь в состоянии непрерывной борьбы с собственным сопротивляющимся народом, коммунистический класс изолирован и одинок. Положение этого класса, его самочувствие и его поведение очень сходно с положением и психологией оккупантов. Отсутствие легальной оппозиции затрудняет организацию народа для борьбы за свободу, широкая шпионская сеть и карательные чекистские органы пытаются задушить растущие подпольные силы революции, но народ един в своем стремлении к освобождению, его победа историческая предопределена». Сравнение советского строя с оккупационным не ново – они само собой разумелось и для мыслителей русского Зарубежья. Но для людей, воспитанных в СССР, это было интеллектуальным подвигом.
Они указывают и на фундаментальный исторический факт, который с самого начала продемонстрировал утопичность коммунистического проекта: «Попытки полного обобществления в коммунах (Россия, Китай) неизбежно приводили к быстрому краху всего хозяйства, и фанатики были вынуждены немедленно отступать». А к 1960-м годам «коммунизм исчерпал свою потенциальную силу, его агрессивный порыв выдыхается и уже утратил свой ореол… Хотя ни разу не удалось навязать народу коммунизм без сопротивления, тоталитарный режим, пока он только восходил к зениту, успешно подавлял всякое возмущение. Разлагающийся коммунизм уже потрясается народными революциями». В самом же СССР «период 1950-60-х годов характеризуется особенно быстрым ростом сознания народа: революция совершается прежде всего в умах, происходит освобождение от иллюзий, партийная пропаганда и агитация утратили всякое влияние… Чем ближе освободительная революция, тем быстрее идет раскол в партии. Этот процесс исторически неизбежен… Марксизм-ленинизм как учение совершенно неизвестен народу… Народное мировоззрение может быть только органическим, религиозным. Временное помрачение и ослабление духовности означают только, что народ живет в сумерках, которые не могут долго продолжаться. Народ сам выдвигает те новые силы, которые смогут решить основные задачи… Догматическая группировка коммунистического класса не имеет в народе широкой социальной базы, на которую она могла бы опереться, чтобы организовать серьезное сопротивление. Ее разгром предрешен». Поэтому вопрос стоит уже о том, что будет после краха СССР.
Для ВСХСОН принципиальное будущее России определяется не текущими процессами (здесь возможны и временные поражения), а духовной сущностью и направлением исторического процесса. Об этом сказано в Разделе VI «Основные принципы социал-христианства»: «Идет духовная борьба за личность. Перед человечеством два пути: свободное обращение к Богу и принятие Его заповедей, и тогда раскрываются все силы и красота Человека, или отпадение от Бога, и тогда – сатанократия, растворение личности в стихийных силах, рабство у материи, вырождение сознания вследствие потери истинных целей и смысла жизни… И капитализм, и его болезненное порождение – коммунизм могут быть преодолены только христианизацией всей жизни общества». Поэтому ложная альтернатива «капитализм – коммунизм» на самом деле создана для обмана масс и уводи их от реальной альтернативы этим двум видам безбожной цивилизации.
Как сказано в Программе, «Хотя христианская религия и не связана ни с какой временной социальной структурой, ее этические принципы могут и должны быть воплощены в экономической и политической практике. Христианство открывает смысл бытия и указывает временные цели, к которым нужно стремиться человечеству; оно в качестве высшего критерия восстанавливает правильную иерархию всех ценностей в мире. Высшей и абсолютной ценностью христианская религия признает каждую человеческую личность и братские отношения между людьми. Восстанавливая личность, социал-христианство тем самым восстанавливает народ как сложное духовное целое, способное на творческое самопроявление. Идеал христианства – индивидуальное многообразие в свободном единстве. Христианство против эгоистического индивидуализма и против безличного коллективизма».
Социал-христианство стремится создать общество, в котором будет устранена эксплуатация человека человеком и взаимоотношения будут построены на всеобщей солидарности… Социал-христианство ведет к такому строю, при котором женщина не будет экономически вынуждена непосредственно участвовать в общественном производстве. Персонализация призвана возвратить непосредственно народу отчужденное от него хозяйство страны. В целях создания смешанной экономики и свободного демократического хозяйственного строя должны быть образованы следующие формы собственности: общенациональная, государственная, общинная, персоналистическая. Государство должно оставить за собой право устанавливать в общественных интересах верхний допустимый предел цен на основные товары и сохранить контроль над внешней торговлей. Основная задача – «возвращение собственности народу»: «Экономическая система социал-христианского государства должна была сочетать общенациональную, государственную, общинную и персоналистическую формы собствённости. Роль государства в экономической сфере существенна: полезные ископаемые, энергетика, промышленность, пути сообщения и вязи общенационального значения остаются под контролем государства как национальная собственность? Экономическое принуждение исключается механизмом хозяйственной структуры».
Наконец, социал-христианская государственная доктрина ВСХСОН рассматривает как безусловное зло такую организацию власти, при которой она является призом для соперничающих политических партий или монополизируется одной партией. Вообще, партийная организация власти неприемлема с точки зрения социал-христианства. Непосредственное участие общества в жизни страны должно осуществляться путем самоуправления на местах и представительства крестьянских общин и национальных корпораций – крупных союзов работников физического и умственного труда – в высшем законодательном органе страны.
В политической системе социал-христианского государства наряду с законодательной, исполнительной и судебной властями предполагался институт «блюстительной власти» в лице Верховного Собора. Этот орган должен был состоять на треть из лиц высшей иерархии Церкви, на две трети – из выдающихся представителей народа, избираемых пожизненно. Верховный Собор, не имея административных функций и законодательной инициативы, должен был располагать правом вето, которое он мог наложить на любой закон или административное решение, не соответствующие принципам социально-христианского строя. Законодательная власть должна была принадлежать корпоративному парламенту, представляющему интересы всех общественных групп и слоёв населения.
В свою очередь, христианизация русской культуры предусматривает переосмысление культурных ценностей и истории нации на основе христианского мировоззрения. Возрождение России виделось как возврат в русло её традиционной цивилизации с восстановлением фундаментальных христианских ценностей новых исторических условиях. Придавалось серьёзное значение роли государства в поддержке национальной культуры, свободного развития науки и искусства. В области социальной политики признавалась необходимость государственного обеспечения всеобщего образования и бесплатной системы здравоохранения; частные же образовательные и медицинские учреждения рассматривались как полезные дополнения национально-государственной системы.
В целом, «государство должно конституироваться как теократическое, социальное, представительное и народное». По определению, Программы ВСХСОН, «Теократическое – поскольку государство должно быть построено на моральной основе и обязано в своей деятельности руководствоваться религиозными принципами, которые являются общими для всех христианских народов, совпадают с внутренним мироощущением человека и представляют собой наигуманнейшие заповеди».
Именно в этом пункте – принципиальное расхождение ВСХСОН с «диссидентами». Именно этим объясняется факт старательного замалчивания истории ВСХСОН как в советское, так и в наше время. Создается иллюзия, будто бы существует только альтернатива советского строя и западнического диссидентства. И «Иного не дано» – как именовался один сборник на эту тему «перестроечных» времен. Информация о том, что кроме русофобской «диссидентской» альтернативы советскому режиму, существует еще и русская альтернатива им обоим – эта информация крайне невыгодна как советскому режиму, так и нынешней власти РФ, которая является его наследником как по своей идеологии, так и по персональному составу.
Здесь следует иметь в виду классификацию диссидентского движения, которая до сих пор обычно остается не разъясненной. Первый тип – это «классические» диссиденты откровенно русофобского направления, которых, к сожалению, большинство. Характерно, что в настоящее время этот тип тоже является главным, не смотря на то, что СССР нет уже 30 лет. Этот факт как раз очень хорошо показывает, что их ненависть относится вообще не к режиму как таковому, но именно к России – постольку, поскольку она не удовлетворяет их требованиям стать марионеткой Запада. Естественно, что это ими скрывается, а на поверхность выносится мифология о «несвободе».
Поэтому можно сказать, что ВСХСОН пришлось противостоять этому типу «диссидентов» – русофобов даже еще принципиальнее, чем самому советскому режиму, поскольку они были врагами советского режима вовсе не по причине любви к России, а наоборот, по причине еще большей ненависти к ней, чем у самого режима (естественно, это тщательно ими скрывалось или вообще даже не осознавалось). Все преступления советского антирусского режима они приписывали самой же России как нечто «исконно русское». Это не столько обычное русофобское невежество (его-то легко было бы преодолеть при желании), но именно их духовная болезнь: ведь большинство из таких «диссидентов» были и прямыми потомками, и духовными детьми самых «пламенных большевиков». Их ненависть к России – это иррациональное чувство ненависти ко Христу и Его Церкви, судьба Которой была реально воплощена в русской истории.
В этом отношении члены ВСХСОН были своего рода «диссидентами среди диссидентов» – так же, как и А.И. Солженицын, И.Р. Шафаревич, В.Н. Осипов и М.В. Назаров. Точнее, «диссидентами» все они не были, а более точно и правильно всех их следует назвать русскими совестниками. Такой неологизм нам представляется удачным, поскольку происходит и от слова «совесть», и от слова «весть». В первом смысле он означает, что их противостояние советскому режиму как антирусскому и антихристианскому было основано на христианской совести и, по сути, было мученичеством и подвижничеством, которое Господь вознаградит в вечной жизни. Второй же смысл означает, что они были вестниками и героями будущего русского освобождения, то есть несли особое пророческое призвание.
Журнал «Вече» в 1984 г., № 13 опубликовал редакционную статью «Двадцать лет спустя», в которой отмечалось: «судить ВСХСОН стали представители “демократической” оппозиции. Особенно – из числа выехавших на Запад в последние годы. Те, кто любят рассуждать о “плюрализме” и считают почему-то, что им принадлежит монополия печься о будущих судьбах России. Это они начали судить социал-христиан, прибегая к инсинуациям, прямой клевете… Объясняется это тем, что наши “демократы” и “плюралисты” таковыми являются лишь на словах, на деле же сплошь и рядом оказываются воплощением нетерпимости к ИНАЧЕ-мыслящим». И вот уже «осужденные советским судом за то, что только помыслили о “вооруженном восстании” против воплощения мирового зла – коммунизма, – десять лет спустя социал-христиане елейными устами “правозащитников” были осуждены еще беспощаднее». Особенно постарался, издав в США книгу о «новых правых» в России самый лживый и явно бесноватый из числа русофобских пропагандистов А. Янов – бывший советский партийный карьерист, мгновенно изменивший свои «убеждения» ради израильской визы и сразу же ставший не менее «убежденным» антикоммунистом. (У этих людей одесского происхождения убеждений как таковых вообще не бывает, поэтому они меняют их многократно, если это выгодно – но неизменной остается у них только религиозная ненависть к России). Другие же хотели записать ВСХСОН в число т. наз. «христианских социалистов». «Социал-христиане не хотели иметь ничего общего ни с каким социализмом», – жестко ответил этим попыткам автор статьи.
Давно замечено, что очень многие нынешние идеологи «либералов» являются детьми и внуками советской номенклатуры. Однако в этом нет ничего удивительного. Это такой тип людей, который меняет внешнюю идеологию, как перчатки, – с советской на антисоветскую. Но подлинное их мировоззрение при этом остается таким же, как и у их предков, – культ ненависти к России. Этот культ всегда замаскирован под «идейность» и «принципиальность», но эта лицемерная маскировка сама является частью русофобского культа. Россию они презирают точно так же, как в свое время большевики презирали тот народ, который обратили в рабство на 70 лет. Свое патологическое властолюбие они маскируют под «борьбу с режимом» за «свободу», понимаемую ими в самом низменном материалистическом смысле. У этих людей такое же тоталитарное мышление, как и у их большевистских предков, и под «свободой» они понимают установление своей собственной диктатуры, впрочем, всегда рабски подотчетной их западным хозяевам. Эти люди не имеют отношения к подлинному либерализму, но исповедуют современную разновидность тоталитарной идеологии насаждения антихристианской западной цивилизации. Они ненавидят Россию не потому, что она Россия, а именно потому, что она является Катехоном – твердыней Православия в современном мире, уничтожение которого сделает необратимым движение к Апокалипсису и приход Антихриста. Поэтому их ненависть к России – это всегда ненависть не национальная, а духовная, в конечном счете, это всегда ненависть к Православию, под какими бы лживыми масками она ни скрывалась. Кому на самом деле служат эти люди, вполне очевидно.
В русской эмигрантской литературе было достаточно разоблачений этой русофобско-диссидентской среды, показавшей все ее уродливые и безнравственные черты. Противоположную ей среду людей, объединенных «чувстве сыновности» (И.Р. Шафаревич) по отношению к России, и высшем православном понимании истории и души народа и объединил ВСХСОН. Русофобов ненавидели ВСХСОН – вследствие их чуждости и враждебности России, принципиального непонимания ее на духовном и душевном уровне, и уже как следствие – их элементарного невежества в важнейших вопросах, на котором всегда основана русофобская мифология. Характерный для них миф – это миф о том, что катастрофа 1917 года произошла как следствие некого «разложения» и негативных черт народа; в то время как в реальности накануне 1917 года «разложение» под влиянием Запада охватило только очень узкие круги интеллигенции, чиновников и прочих маргиналов; но подавляющее большинство народа было нравственно здоровым, а страна переживала колоссальный культурный и материальный рост, в том числе и рост материального благосостояния всех слоев населения.
Тот факт, что «революция» произошла в условиях свободной жизни и улучшения всех ее сфер является самым наглядным опровержением так называемого «материалистического понимания истории», которое само по себе является одним из средств одурманивания и манипуляции сознанием. Впрочем, все революции Нового времени, начиная с Английской, также происходили вследствие «улучшения жизни» и, как следствие, повышения притязаний и утраты понятий о долге и нравственности у некоторых групп населения, втягивавших затем в бойню всех остальных. Поэтому строгая историческая закономерность здесь имела место, но вовсе не материальная, а нравственная – все «революции» суть проявления человеческой гордыни и кара за нее. Об этой закономерности говорит Священное Писание в истории ветхозаветного народа. Именно там описаны подлинные законы истории, а не в фантазиях идеологов Нового времени. Но в Библии осуждать народ мог лишь Сам Бог через своих пророков, людям это не дано. Идолопоклонство перед народом, которое изображают «революционеры», втайне презирая его – такая же ложь, как и «претензии» к нему со стороны этих самозванцев.
В России накануне 1917 года реальная свобода людей была выше, чем в Европе и США, чему есть масса свидетельств современников – люди вообще имели минимальный контакт с государством по сравнению с тотальностью государства на Западе. «Социальные лифты» при Николае Втором работали лучше всех в мире. Крестьянские дети – генералы А. Деникин (сын крепостного), Л. Корнилов и М. Алексеев (нач. Генштаба), и классик мировой социологии профессор П.А. Сорокин – это символы народной царской России. Для хотя бы небольшой иллюстрации приведем свидетельства М. Горького из его писем из Америки: «Знаете, что я Вам скажу? Мы далеко впереди этой свободной Америки, при всех наших несчастиях! Это особенно ясно видно, когда сравниваешь здешнего фермера или рабочего с нашими мужиками и рабочими» (Горький М. Письма в 24-х т. Т. 5. М.: Наука, 1999, с.  202). Но почему же «революция» не произошла в Америке? Потому что мировые хозяева хотели разрушить не Америку, которая уже изначально находится под их властью, а Россию – и поэтому организовали революцию именно у нас. И М. Горький, кстати, об этом знал заранее: «Сведущие в делах и солидные люди говорят, что, если в России сшибут царя, – какое бы правительство ни встало на его место, – американцы дадут ему денег» (Там же, с.  213). На самом деле, и свергали царя на деньги Уолл-Стрит, и советская «индустриализация» была американской.
Именно эта привычка к естественной «вольности» жизни и была одной из главных предпосылок «революции» – в Российской Империи просто не было тогда эффективных механизмов противостояния Смуте, поскольку она никогда ей не угрожала, в отличие от регулярных революций на Западе. Революция была совершена вовсе не «народом», который в абсолютно подавляющем большинстве своем в ней не участвовал и был в шоке от происходящего, а маргиналами методом обмана и демагогии – но это также явное свидетельство нравственной чистоты народа: именно добрый и наивный народ можно так обмануть, а не народ хитрый и эгоистичный, который не поверит такому обману. Такой народ был в Европе, и именно поэтому революция там не имела шансов. Революцию можно было начать только объявив об «отречении царя» (еще до того, как оно произошло, хотя было ли оно на самом деле, мы тоже никогда достоверно не узнаем) – именно потому, что царь был для народа священным символом государства как такового и без царя государство Российское упразднялось автоматически в народном сознании – теперь на пустом месте можно было вытворять все что угодно. Хотя людей, ненавидевших царя – в силу своего антихристианского сознания – в тогдашней России едва набрался бы и один процент, но именно они теперь «творили историю». Таким образом, реальные причины 1917 г. прямо противоположны тем, о которых говорит русофобская мифология – как советская, так и диссидентская, и это тоже показательно.
В этом же номере журнала была перепечатана статья одного из идеологов ВСХСОН Л.И. Бородина «Всероссийский Социал-Христианский Союз Освобождения Народа», написанная им еще в 1969 г. и опубликованная в журнале «Посев» в 1971 г., № 1. В ней он писал: «Провал и гибель Социал-Христианского Союза, по существу первой за историю советской власти политической партии, к сожалению, не объясняются только конспиративными ошибками; хотя система конспирации действительно была поставлена из рук вон плохо… из-за недооценки противника. Последнее же есть одно из последствий самых существенных теоретических ошибок руководства организации. Их, на наш взгляд – три: 1) взгляд на большевизм в целом как на историческую случайность, как на нечто, внешнее по отношению к жизни; 2) оценка положения в стране как всеобщего кризиса; 3) волюнтаризм как критерий политического действия». Как видим, один из главных идеологов ВСХСОН честно указал и на ошибки организации.
Л.И. Бородин писал: «Руководители Социал-христианского союза… явно упрощая суть большевизма, рассматривали его как мертворожденное дитя марксистской схемы, гальванизированное идеологическим аппаратом, созданным кучкой авантюристов»; однако «негативное настроение масс, а тем более только групп или даже одиночек, вовсе еще не есть свидетельство агонии или даже кризиса существующего строя… Но если предположить, что большевизм есть лишь этап национальной истории, то в лице Социал-христианского союза мы имеем дело с началом действительного, позитивного изживания этой идеи нацией. В этом случае попытка создания настоящей национальной партии будет иметь продолжение в подобном или ином варианте, с таким же или более счастливым исходом, один раз или несколько». Л.И. Бородин совершенно уверен в конечной победе русского возрождения и даже ошибки и жертвы на этом пути оценивает как вполне опревданные: «Россия обречена не на “событие”, а на “процесс”» (Бородин Л. К русской эмиграции // Вече. Мюнхен. 1984. № 15).
В наше время некоторые из русофобских диссидентов даже объявляют себя «православными» с той же самой целью, с которой в свое время их предки становились большевиками – ради захвата власти над Россией. Тогда эту власть давал большевизм, сейчас власть духовную дает Православие – и вот они уже все «православные». Некоторые из этих людей по-фарисейски сразу обвинили ВСХСОН в том, что он призывает к вооруженной борьбе, а это якобы противоречит христианским заповедям. Этим псевдохристианам в том же номере «Вече» хорошо ответил Епископ Нафанаил в своей статье «О сопротивлении злу»: «Но настолько беззаконна, настолько враждебна добру советская власть, что сопротивление ей вплоть до вооруженного восстания вполне допустимо и оправдано для христианина, так как эта власть не лучше власти Юлиана Отступника, и, конечно, много хуже – и Ахмата и Фоки. Она являет, по определению преп. Иосифа Волоколамского “злейшее всех: неверие и хулу”, следовательно, по тому же определению, она – “не Божий слуга, но диавола”. Поэтому никак нельзя бросать руководителям и сотрудникам ВСХСОН упрека в их стремлении вооруженной рукой бороться с коммунистической властью». Кроме того, как уже сказано, ВСХСОН и не собирался свергать советский строй вооруженным путем – а лишь остановить тот хаос, который неизбежно возникнет в этом процессе. Тем самым, люди ВСХСОН исполняли заповедь: «Блаженны миротворцы» (Мф. 5, 9).
Уже в 2000-х годы И.В. Огурцов продолжал активно выступать как идеолог православно-патриотических сил. В данной статье мы лишь кратко выделим некоторые важные тезисы из его выступлений. В своей речи на Дне Непримиримости в С.-Петербурге 7 ноября 2002 г. «Не имеем права примириться!» (опубликовано в «Вестник РОВС», № 3-4, 2002, С. 33-36) он говорил: «Давайте же сегодня попытаемся внутренне услышать, что скажет нам голос тех десятков миллионов умученных российских людей – из всех племен и народов, населяющих нашу великую Родину – которые не смогут уже никогда произнести озвученное слово, но да не смолкнет их духовный призыв в наших сердцах. Велика Скорбь, и не имеем права примириться!».
«7 ноября верные сыны России на Родине и в изгнании воспринимали эту дату как День Скорби и Непримиримости… Но отныне сия дата официально отмечается новой властью как праздник “согласия и примирения”… Искусственность подмены, так же, как и ее кощунственный характер, не вызывают сомнения: могут ли (да еще в этот день!) радостно и с чистым сердцем придти к согласию и примириться верующие и богоборцы; патриоты и интернационалисты – ненавистники исторической России… Одним словом – разрушители и защитники нашей великой самобытной цивилизации? Ответ очевиден. Обе стороны так же непримиримы, как Правда и Ложь, Жизнь и Смерть. Тем не менее такой тактический ход был необходим нынешней власти – этому монстру, сложившемуся в обстановке всестороннего обвала коммунистической системы и ее затянувшейся агонии. И вытекает подобная тактика из двуликости “партии власти” – ее парткоммунистического прошлого и хищно-капиталистического облика сегодня… эта нынешняя технология “согласия” нацелена на то, чтобы сделать нас людьми с двоящимися мыслями и, тем самым, парализовать нас, причем, сделать это в тот самый исторический момент, когда нам нужно обладать наиболее ясным сознанием и наибольшим напряжением воли».
«Именно поэтому мы еще и сегодня, в 2001 году, отмечаем день Скорби и Непримиримости и отвечаем на жгучий вопрос: какова самая большая наша беда, и почему Россия стоит на краю погибели?.. Мы вышли из очень длительного исторического периода, захватившего целых три поколения, не сплоченным народом – имперским суперэтносом, а рассеянным населением; не нормально структурированным обществом, а конгломератом кланов и мафии… партийным псевдогосударством с “революционным беспределом”… Согласие возможно только на общей основе – творческой идее Возрождения России. Примирение возможно только после покаяния, понимаемого как просветление и очищение, после которых человек и народ может ожидать помощь Божию».
«Путь покаяния делом – открыт для всех. Но отвержение покаяния порождает спекулятивный патриотизм, представляющий для народа, наряду с наличием вестернизированной “партией власти”, еще одну опасность… Дважды уже эти “строители светлого будущего” разрушали тысячелетнюю державу и обрекли её народы на духовный и физический геноцид. И вот теперь в очередной раз… пытаются они прикрыться патриотизмом и цинично использовать священное народное чувство и национальные святыни. Но не забудем: это второе издание все того же “патриотизма” по-сталински… чуть подновленное с поправкой на современную конъюнктуру».
Объясняет И.В. Огурцов почему партию коммунистов не запретили в РФ – это сделано сознательно, поскольку укрепляет монополию нынешней власти: «функционирование прокоммунистической “оппозиции” постоянно входит в расчеты “партии власти”, которая сумела удержаться у руля, как в РФ, так и на Украине, используя ее в качестве угрозы, электорату постоянно внушается, что, “как бы мы (“партия власти”) ни были плохи, выбор – только один: или – мы, или – коммунисты“, а третьего, дескать, не дано!».
Истоки катастрофы ХХ века он объясняет следующим образом:
«Накануне великой победы в 1-й Мировой войне Россия рухнула. Белое движение, жертвенно, героически сопротивлявшееся национальной катастрофе, вынуждено было отступить. Ход Истории не фатален, и Россия могла выстоять. Но все же и тогда государство нуждалось бы в глубоких и всесторонних переменах. Россия нуждалась в Белой реформации, а опрокинулась в красную революцию. Чем жила историческая Россия? Православием, Самодержавием, Народностью! Все эти сферы ее жизни настоятельно нуждались в серьезной реформации. доказывать это, по-видимому, нет необходимости. Необходимость церковной реформы, в частности, восстановления Патриаршества и симфонической связи Церкви и государства, обсуждалась Государем в соответствующих кругах… Другая наша ценность – самодержавная монархия – также нуждалась в преобразовании, ибо страна вступила в ту новую эпоху, которую известный испанский философ Х. Ортега-Гассет назвал “эпохой восстания масс”, эпохой выхода на историческую арену огромных организованных масс людей. Старая, абсолютистская со времен Императора Петра Великого, форма Самодержавия уже не могла в полной мере соответствовать новым условиям. Идеи ее трансформации в монархию народную, соборную также обсуждались в обществе. Белой реформации – можно даже позволить себе сказать Белой революции – так и не произошло… вслушивалась Россия, по образному выражению А.А. Блока, в “музыку революции” – инфернальную всероссийского национального погрома»
«Во время Гражданской войны… Русская Армия была вынуждена отойти, оставляя Родину и населяющие ее народы в захлопнувшейся западне обреченными на физический и духовный геноцид. Однако народное сопротивление антинациональной власти не прекращалось никогда».
«Если в годы Гражданской войны Белая идея воспринималась, главным образом, своей бескомпромиссная борьба с разрушительным большевизмом, то в дальнейшем, по мере ее осмысления в русле национальной интеллектуальной традиции, она представала как Русская идея, идея Православной Цивилизации во всех ее аспектах».
«Всероссийский Социально-Христианский Союз Освобождения Народа выступил в начале 60-х годов прошлого века с программой, в которой на основе христианских ценностей была разработана система новых общественных отношений, преодолевающих патовую альтернативу: или колониальная демократия либерально-капиталистического типа — или коммунистический тоталитаризм. Именно Третий Путь, прорыв к новому социуму возрождает органичную российскую традицию и является, в некотором смысле, ее последним стратегическим резервом».
«Таким образом, мы сегодня стоим перед той же задачей, которая настоятельно требовала решения от наших предков накануне катастрофы 1917 года. И сегодня, как и тогда, от понимания этой задачи и готовности творчески решить ее до конца зависит судьба России… Итак, еще и сегодня отмечаем мы день Скорби и Непримиримости. Непримиримости – с идеологией национального разрушения и Скорби по всем павшим. Нам дано не просто любить свою Родину сыновней любовью, как каждое племя любит взрастившую его землю, но любить Россию за те высшие ценности, которые она выносила и сохранила в глубинах своего духа. Такая любовь и является безошибочным знаком подлинного патриотизма».
К настоящему времени появились некоторые серьезные исследования истории и идеологии ВСХСОН. Отметим статью в «Посеве» покойного архимандрита Никона (Лысенко) «К 40-летию Программы ВСХСОН», затем размещенную на сайте об этой организации (http://vshson.narod.ru/). (Именно от о. Никона узнал в 2007 г. о ВСХСОН и автор этих строк, хотя и окончил истфак в 1997 г., но никогда там не слышал об этой организации, что очень показательно). Затем стали выходить научные статьи историков, была издана содержательная книга и защищена докторская диссертация А.А. Фоменкова «История русского национально-патриотического движения 1955-1993 гг.» (Ярославль, 2012). Тем не менее, замалчивание истории ВСХСОН и в учебниках истории, и в официальном историческом дискурсе продолжается.
21 марта 2016 года в Центре Славянской Письменности и Культуры (ныне ликвидированного властью) в рамках традиционных вечеров Союза Русского Народа состоялась презентация книги председателя Русского Обще-Воинского Союза (РОВС) И.Б. Иванова «Русское подполье. Пути и судьбы социал-христианского движения», выпущенной в 2015 году издательством «Традиция» и посвящённой истории Всероссийского Социал-Христианского Союза Освобождения Народа (ВСХСОН). Вечер вели председатель СРН М.В. Назаров и известный деятель русского движения, публицист, бывший узник Дубравлага ныне покойный В.Н. Осипов. Присутствовал и протоиерей Михаил Капранов, узник советских лагерей, окормлявший в заключении членов ВСХСОН, с которыми судьба свела его за колючей проволокой.
Главная причина замалчивания истории ВСХСОН – в нынешнем разгуле неосоветизма, который происходит как вследствие манкуртизации населения, так и вследствие официальной идеологической политики. Это замалчивание естественно, поскольку ВСХСОН является сознательным продолжателем Белого Дела – дела восстановления подлинной России. В заключение нашей статьи также приведем ряд ключевых тезисов из его яркого выступления на съезде продолжателей Белого Дела, опубликованного в издании «Белое Дело. I Съезд представителей печатных и электронных изданий. История. Идеология. Современность Русского Белого движения. Резолюция и материалы» (Москва, 2003).
Итак, «прозвучал вопрос о современном значении Белой Идеи и Белой борьбы. В выступлении наших севастопольских единомышленников мы услышали о многих молодых людях, которые охотно читают нашу литературу, интересуются историей Белого движения, но говорят: “Все это уже в прошлом, сейчас другая жизнь”. Конечно, многие обстоятельства и интеллектуальная реакция на них в разгар революции и гражданской войны принадлежат истории, но в разгаре борьбы “белых” и “красных” завязался тот центральный узел, который не развязан до сих пор и от той или иной развязки ёго зависит судьба России – быть ей или не быть».
Принципиально важны такие слова И.В. Огурцова:
«Белая Идея, вдохновившая на жертвенную борьбу лучших сынов нашей Родины, есть идея будущего, а не прошлого. Она есть Идея России, та самая национально-государственная идея, подмену которой тщетно пытается сконструировать и “партия власти” и прокоммунистическая оппозиция. Если России, как самобытной цивилизации, имеющей в ряду с другими мировыми цивилизациями свою важнейшую задачу, суждено жить и развиваться, то это развитие возможно только в русле Белой Идеи. Вот почему все кто становится под знамя Белой Идеи, кто носит ее в своем сердце, обладают победоносной силой. Победоносной, ибо она есть осознание и выражение российской судьбы и подлинное, глубинное самосознание русского народа и шире – Имперского содружества народов».
«Народы, не обретшие или утратившие свое самосознание, умирают как единая общность и исчезают из истории. Сегодня эта угроза стоит перед нами во весь рост. Критики Белого дела иногда говорят, что у него не было масштабной идеи, не было политических и социальных программ и поэтому оно потерпело поражение. Но это совсем не так. Первые пункты программы Белого Движения были набросаны комиссией с участием ген, А.И. Деникина еще в Быховской тюрьме и утверждены ген. Л.Г. Корниловым».
«Позднее по указаниям ген. Деникина и ген. Врангеля специальными комиссиями были разработаны рабочее законодательство, дважды аграрное. Ген. Деникин, оценивая крестьянскую программу, выработанную под руководством проф. Билимовича писал, что если бы она проводилась в жизнь в предвоенную эпоху, то революция не могла бы разразиться. Последний Главнокомандующий Русской Армии, ген. Врангель также много сделал разрешения аграрного вопроса. Но все же у Белого Движения было слишком мало возможностей и времени для того, чтобы полностью раскрыть Белую Идею, а тем более воплощать ее в жизнь в перерывах между боями. Главной задачей была военная победа над захватившим страну интернационалом. Судьбоносный выбор был: за Россию, за Русскую Православную цивилизацию – с белыми или против нее – с красными».
«Витте без обиняков определял нараставшую революционную эпидемию как сошествие с ума мыслящей части общества и утрату элементарного здравого смысла в народной массе. Используя современную терминологию, можно сказать, что бешеная информационная война на тотальное разложение государства, общества и индивида была к 1917 году революционными силами уже выиграна».
«Интернационалисты-большевики, отдавая себе отчет в что их планы и цели антинациональны и антинародны, сразу приняли решение разогнать всенародно избранный представительный орган и установить свою террористическую диктатуру… «важно отдавать себе отчет, какой характер носила так называемая “великая октябрьская революция”, чем она была, за что и против чего воевали красные и белые и почему Белая Армия, одушевленная высокой идеей борьбы за Россию, вынуждена была отойти с родной территории, оставляя народ в захлопнувшейся западне, обреченным на подневольный труд и геноцид».
Как известно, «накануне революции Россия, из всех великих держав, была наименее пролетаризированной страной. В результате большевицкого переворота она подверглась тотальной пролетаризации, а коллективным собственником всех отчужденных средств производства стал отнюдь не пролетариат, а новый эксплуататорский класс… Тоталитарная бюрократия, распоряжаясь, под маской “государства”, всеми национальными богатствами, не связанная никакими законами, закрывшая границы, благодаря карательной системе лагерей стала владельцем и всей рабочей силы страны». Так большевики, оккупировав Россию, создали «уродливейший феномен и сломали православную цивилизацию, искалечив судьбу России».
В то же время «Белые, включив в себя подлинный качественный отбор нации, представителей всех слоев, классов и национальностей, боролись за независимость и целостность России, за Веру, за права семьи и личности, за свободный труд, против порабощения и истребления миллионов людей. Подлинная трагедия Гражданской войны состоит в том, что за эти святые идеалы сражаться физически приходилось с крестьянской массой, мобилизованной в Красную армию». «Но не следует забывать и о том, что большевицкое руководство в качестве ядра своих боевых и карательных сил использовало т.н. “интернациональные части”, сформированные из латышей, мадьяр, австрийцев, китайцев и проч., общей численностью более 300 тыс. человек, что вдвое превосходило состав Вооруженных Сил на Юге России».
«В чем же причина неудачи Белых армий? Вдумчивый исследователь Русской Смуты ХХ века, Главнокомандующий ВСЮР ген. А.И. Деникин считал, что первопричина того, что близкая Москва, так и осталась недостижимой целью кроется в пассивности абсолютного большинства населения, “народ стоял в стороне”, ожидая исхода борьбы Белых и красных». «Потерпев военное поражение, Белые полки покинули пределы России, унеся за рубеж и сохранив там национальные духовные ценности. Белая Идея… остается действенной и живой и поныне, в то время как марксистско-большевицкая идеология показала всему миру свое полное банкротство… Бывшая коммунистическая номенклатура, зацепившаяся за власть, встраивает теперь свои полуразрушенные страны на правах второочередных пособников в новый глобальный миропорядок».
«Белые противостояли, по выражению одного наблюдателя, силе самой смерти, начали свою борьбу в обстановке крайнего политического, социального и духовно-морального распада. При этом они не были подготовлены к идеологической борьбе и не располагали по сравнению со своим противником таким оружием как развернутая теория, массовая партия, тысячи агитаторов и т.п., не говоря уже о том, что трезвая национальная позиция казалась массам в той обстановке материально малоценной сравнительно с обещаниями оголтелой демагогии».
«В этих условиях оставалась лишь ставка на военную победу, и она была возможна, несмотря на неблагоприятные исходные обстоятельства и многочисленные факторы, способствующие большевикам. Из них – главные: мобилизационный ресурс Белых был во много раз меньше, чем у большевиков, что и обеспечило красным подавляющее количественное превосходство. И здесь дело не только в том, что красные с самого начала занимали центр страны с наиболее густым населением и большинство крупных городов, но даже и в том, что захватив центральную власть, они установили невиданную в истории систему тотального насилия, дававшую им все преимущества для принудительных мобилизаций и максимальной концентрации необходимых средств».
«Зажиточное сибирское крестьянство не могло себе и отдаленно представить, что его ожидает в случае победы большевиков и отказалось бороться за собственное существование. Подобное настроение в тот период возобладало даже и при том, что сибиряки не могли опасаться восстановления помещичьего землевладения, которого в Сибири никогда не было… Сломить такое настроение могли только изуверские карательные меры, которые применялись коммунистами но Белые, разумеется не могли и думать о применении подобных изуверских методов».
Однако, даже не смотря на свое военное поражение в России, «Белое сопротивление в России помогло отразить угрозу тоталитарного коммунизма в ряде стран, для которых эта угроза была особенно велика». В этом его всемирно-историческое значение и его заслуга перед народами всего мира.
«Рискну сказать, что Белые совершили роковую ошибку, не перенеся акцент во встречных революционных преобразованиях на рабочий класс, Ибо кроме словесного социального престижа большевики не дали ему ничего. Именно рабочий класс раздавил коммунистическую революцию в европейских странах в 1920-е – 1930-е годы… Героически стойкая до конца борьба рабочих Урала и Донбасса в элитных частях Восточного (ижевцы и воткинцы) и Южного (Корниловская дивизия) фронтов не натолкнула на решительные глубокие политические выводы».
«Белые противостали захвату страны интернациональной мафией, они несли судьбоносные преобразования, но слишком многое было против них, а задача была непомерно тяжела. Военное же счастье – всегда в конечном счете в руках Божиих. А Его пути – неисповедимы. И хотя общее дело освобождения России и ее преобразования было отложено по Божией Воле, каждый участник Белой борьбы исполнил свой священный долг и передал свой завет следующим поколениям».
«Что же означает Белая Идея для нас, для России, сегодня, в сложившейся исторической ситуации? В момент краха тоталитарной системы была возможность, руководствуясь разработанными на основе Белой Идеи программами, вывести страну на ее исторические пути, однако перехват инициативы коммунистической номенклатурой и криминальными группировками завершился расчленением страны и нации со всеми вытекающими последствиями. Такова цена, которую номенклатура готова была уплатить, чтобы удержаться у власти. В результате проведенной ею произвольной «Приватизации» сложилась олигархическая, мафиозная система, не только представляющая пародию на современный капиталистический мир, но и несравненно худшая, если не сказать нежизнеспособная сравнительно с тем, какой была Россия до 1917 года».
«Белая Идея противостоит как коммунистическому тоталитаризму, так и криминальной капиталистической олигархии. В своем развитии она стремится к разрешению социальной проблемы на основе заложенных в христианско-православной цивилизации ценностей, открывающим России путь к новым формам социума, основанного на справедливости. Общество, разделенное на ничтожную группу олигархов и поддерживающие их криминальные прослойки и противостоящую им всем оставшуюся пролетаризованной массу, не имеет перспективы».
«Если сегодня, после чудовищного геноцида, в России чудом еще сохраняется тот необходимый для всякой страны процент пассионарных граждан, хотя бы и рассеянных повсюду, то именно они станут той страстно ожидаемой национальной элитой, которая сложится в жертвенной борьбе за социальное и национальное единство России. Такова двуединая задача сформулированная сегодня в Белой идеологии. Хочется закончить вдохновенными словами Ивана Александровича Ильина, высказанными в изгнании: “Белая Идея дана нам; она живет в каждом из нас. Она добыта нами в борьбе, в усилиях и страданиях перед лицом смерти; она живет в глубине нашего чувства и воли… Белая Идея больше нас; она велика, как Россия, и она должна охватить ее всю… Этот дух не дух части, а дух целого. Этот дух Русского Национального Всеединства. И дело это есть Правое дело. И идея эта есть верная идея. Именно потому – за нами будущее…”»
И.В. Огурцов в одном из своих интервью 2000-х годов анализировал возможность искусственного «восстановления» монархии – в интересах сохранения реальной власти олигархии, и пришел к выводу: «Им нужен Тушинский вор! Воровской царек, который скомпрометировал бы идею монархии». Как видим, и в наши дни его анализ столь же ценный, как и в 1960-е. Но в своем интервью он остается оптимистом – оно так и озаглавлено по его ключевой фразе «Все будет хорошо!» (2007). Это особый – русский православный оптимизм, основанный на вере в помощь Божию России.
Не смотря на то, что в практическом отношении ВСХСОН сделал совсем немного, он войдет в русскую историю как уникальное и даже пророческое явление – как предвестник будущих судеб России. ВСХСОН уникален не только тем, что это была фактически единственная подпольная организация за последние полвека (!) существования СССР, которая реально готовила свержение коммунистической диктатуры вооруженным путем. В первую очередь он уникален тем, что это была организация, созданная «молодогвардейцами» – молодежью, рожденной и воспитанной в СССР, но открывшей для себя подлинную Россию – Святую Русь. Без всякой внешней помощи, без наставников и вопреки всему своему окружению. Это не что иное, как подлинное чудо Божие, явленное в реальной истории. Эти люди занимают такое же место в духовной истории России, как и первые создатели Государства Российского. Воссоздание подлинной России – дело будущего, но именно они своим жертвенным подвигом показали, что это еще возможно. Если бы не было ВСХСОН, намного труднее было бы поверить, что Россия еще жива. Жертвенный подвиг самой лучшей русской молодежи, создавшей ВСХСОН – одно из самых светлых событий русской истории ХХ века.

Виталий Даренский

Русская Стратегия

_____________________

ПОНРАВИЛСЯ МАТЕРИАЛ?

ПОДДЕРЖИ РУССКУЮ СТРАТЕГИЮ!

Карта ВТБ (НОВАЯ!): 4893 4704 9797 7733 (Елена Владимировна С.)
Яндекс-деньги: 41001639043436
Пайпэл: rys-arhipelag@yandex.ru

ВЫ ТАКЖЕ ОЧЕНЬ ПОДДЕРЖИТЕ НАС, ПОДПИСАВШИСЬ НА НАШ КАНАЛ В БАСТИОНЕ!

https://bastyon.com/strategiabeloyrossii

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s