Виталий Даренский. Талергоф как главный символ Украины

В настоящее время накопилось большое количество информации об уничтожении украинскими войсками собственных граждан. Знаменитая провокация в Буче – это только вершина айсберга, а на самом деле такие же убийства совершаются постоянно и повсеместно. Особенно пострадали районы, из которых вышли русские войска. Вернувшиеся украинские «вояки» обычно первым делом устраивают массовый грабеж, поскольку его очень легко можно свалить на русскую армию, которая здесь была раньше. Особенно известным стал такой грабеж в Ирпене и других местах под Киевом. Интернет давно переполнен видеороликами и рассказами граждан Украины, которые показывают разграбление их домов украинской армией. Но кроме грабежа повсеместно происходят убийства, а также изнасилования. Иногда людей, на которых указали соседи как на тех, кто «радовался приходу русской армии», увозят в неизвестном направлении навсегда. Под Харьковом украинские войска расстреливали колонны гражданских автомобилей, на которых люди выезжали с территории, занятой русскими войсками, к себе на Украину – совсем не ожидая, что их там просто убьют.

Во всем этом нет ничего удивительного. Точно так же нацистские «вояки» вели себя с 2014 года на Донбассе. Мне как журналисту ЛНР в 2015 году приходилось видеть кучи баулов, брошенных украми при бегстве из Дебальцевского котла – эти баулы были набиты награбленными вещами местных жителей. Однако грабеж еще можно пережить, но геноцид – это уже часть самой войны, и совершенно очевидно, что ведется он Украиной против собственного народа.

Из Украины сделали боевого Голема, только на этот раз в роли средневекового алхимика-каббалиста выступают политтехнологи коллективного Запада. Теперь лишь вместо глины, жабьей крови и прочей алхимической бесовщины, взяли народ русской окраины. Надо признать, что эксперимент удался. Только перед нами не оживший глиняный истукан, а живые люди доведённые пропагандой до состояния биороботов. Цель их заокеанских создателей – уничтожение России и русских, и чем больше на этой войне погибнет русских, тем для них лучше.

Человеконенавистнический эксперимент, начатый в свое время еще Польшей, Австро-Венгрией и Третьим рейхом по превращению сначала Галиции, а затем и всей Украины в антирусский и антиправославный плацдарм, должен быть прекращен. Если не получилось прекратить миром, он будет прекращен военной операцией.

Достоевский писал, что в начале существования каждого народа была определенная нравственная идея, который этот народ и создала. Народ живет до тех пор, пока эта идея в нем жива и реализуется в жизни. Русский народ создан идеей Святой Руси – хранительницы Православия. И пока живо Православие, будет жить русский народ, не смотря ни на что. А есть такие «народы», в основе которых лежит идея безнравственная – идея ненависти к другим народам. Идея ненависти к России изначально была заложена в основу искусственно создаваемого врагами России «украинского народа». Создавали его из бывших русских, которых удалось обмануть лживой идеологией. Естественно, это вызывало сильное сопротивление у тех, кто не желал быть обманутым. Таких просто убивали. История знает и помнит начало этого процесса, его имя – Талергоф.

Талергоф – концентрационный лагерь для русофилов, созданный властями Австро-Венгерской империи в первые дни Первой мировой войны. Другим крупным концлагерем был Терезин. Если не принимать во внимание англо-бурские войны, где тоже имели место подобные лагеря, то первыми концентрационными лагерями в Европе были эти лагеря по геноциду русского населения, осуществлявшемуся по прямому указанию Ватикана – карпатских русин на территории Галиции, входившей в состав Австро-Венгерской империи.

В начале ХХ века жители Прикарпатской Руси, называющие себя русинами, тогда еще и не слышали об украинцах и мечтали о воссоединении с Россией, за что были прозваны «москвофилами». В начале войны австрийские власти на основании доносов «національно свідомих галичан-українців» арестовали почти всю русскую интеллигенцию Галиции и тысячи крестьян. Обучение русскому литературному языку и чтение газет из России приравнивалось к государственной измене. Читающих и пишущих на русском языке объявляли предателями и народу преподносили это с самой наихудшей стороны. Исторические документы упоминают о ненависти к арестованным русинам, которые часто становились жертвами разъяренной толпы, а в 1913 г. в Перемышле сами конвойные при переводе зарубили шашками 50 арестантов.

«В самом начале войны, – вспоминал русский галичанин Илья Терех, – австрийские власти арестовали почти всю русскую интеллигенцию Галичины и тысячи передовых крестьян по спискам, вперёд заготовленным и преданным административным и военным властям украинофилами, сельскими учителями и попиками». Австро-венгерские власти устроили процессы против русинских организаций, процессы эти переросли в безразборные аресты всех подряд, тех, кто лишь признавал себя русским или носил русское имя, кто читал по-русски или имел при себе книгу, открытку или записку на русском. Вешали русских на фонарных столбах, деревьях, памятниках, а потом с явным удовольствием возле них фотографировались. Начался геноцид, который осуществлялся без суда и следствия, многие были казнены, но обвиняемых было настолько много, что были созданы первые в Европе концентрационные лагеря: Талергоф в Штирии, Терезин в Северной Чехии.

До зимы 1915 года в Талергофе не было бараков. Люди лежали на земле под открытым небом в дождь и мороз. В официальном рапорте Шлеера от 9 ноября 1914 года сообщалось, что в Талергофе в то время находилось 5700 русофилов. В это число входило около 1915 (по другим данным до 5 тысяч) русинов из 151 деревни на Лемковщине, около 200-250 студентов, помещённых в лагерь по обвинению в симпатиях к Российской империи, причём доказательством этому служили найденные у них русскоязычные книги. Всего через Талергоф с 4 сентября 1914 года до 10 мая 1917 года прошло не менее 20 тысяч русофильски настроенных галичан и буковинцев, только в первые полтора года погибло около 3 тысяч заключённых. По данным галицкого общественного деятеля Дмитрия Маркова, 3800 человек были казнены только за первую половину 1915 года. Позже в лагере были выстроены бараки и появились все необходимые для таких учреждений атрибуты: несколько рядов колючей проволоки, вышки с часовыми, лай собак, плакаты с лозунгами, наглядная агитация, помещения для пыток, ров для расстрелов, виселицы и кладбище. Австро-венгерские власти уничтожили во время Первой мировой войны не менее 60 тысяч русинов, подданных Австро-Венгрии: стариков, мужчин, женщин, детей. Некоторых особенно упорных русинов, защищавших свою русскую честь и вступавших в спор с палачами, даже распяли на крестах!

Первые украинские нацисты-русофобы – «сичевые стрельцы», пели такую садистскую веселую песню о повешенных земляках-русинах:

Українцi пьють на гофi,
А кацапи в Талергофi.
Де стоїт стовп з телефона,
Висить кацап замiсть дзвона:

Уста йому посинiли,
Чорнi очi побiлiли,
Зуби в кровi закипiли,
Шнури шию переїли.

Поэтому и не стоит удивляться садизму современных украинских нацистов – им было у кого учиться. Первым русским новомучеником ХХ века – еще раньше, чем начали геноцид православной России большевики – стал священномученик Максим Сандович, называемый Горлицким (день памяти – 6 сентября). Уже 4 августа 1914 года отец Максим был арестован. Были конфискованы все его богослужебные книги и иконы. Избитого жандармами, его поместили в тюрьму в Горлицы. На следующий день австрийские жандармы арестовали и всю его семью, в том числе беременную жену Пелагию. Его смерть должна была положить конец возрождающемуся у лемков народному русскому и православному самосознанию.

6 сентября прежде чем раздался смертельный залп, отец Максим успел воскликнуть: «Да живет святое Православие! Да живет Святая Русь!». Расправа происходила на глазах его беременной жены и отца. Отец Максим Сандович был одним из первых православных миссионеров среди лемков на территории Австро-Венгерской империи, а его мученическая смерть привела к спонтанному возвращению части лемков в Православие. Канонизация о. Максима Сандовича состоялась 9–10 сентября 1994 года по решению Священного Синода Польской Православной Церкви. В акафисте священномученику Максиму Лемковскому говорится: «Воистинну виновен папа римский о заключении неправеднем твоем и умучении, величайший Максиме… бо властию своею хотяше поработити лемковския люди заблуждением своим».

В октябре 1914 года М.М. Пришвин, служа фронтовым фельдшером, записывал в дневнике: «когда я попал в Галицию… я почувствовал и увидел в пластических образах времена инквизиции»; геноцид русинов австрийским режимом объясняется их симпатией к России: «В Галиции есть мечта о великой чистой прекрасной России. Гимназист, семнадцатилетний мальчик, гулял со мной по Львову и разговаривал на чистом русском языке. Он мне рассказывал о преследовании русского языка, не позволяли даже иметь карту России, перед войной он принужден был сжечь Пушкина, Лермонтова, Толстого и Достоевского. – Как же вы учились русскому языку? – Меня потихоньку учил дедушка… А я учил других, и так пошло. Мы действовали как революционеры, мы были всегда революционерами» (Пришвин М.М. Дневники. М., 1990. с. 66-67).

Можно привести сколько угодно подобных свидетельств, а также напомнить о массовости «москвофильских» движений в Галиции, просуществовавших до 1939 года, и ликвидированных именно большевиками-украинизаторами. Перед Первой мировой войной именно «москвофильство» имело самую массовую народную поддержку, поэтому не удивительно то, с какой радостью русины встречали войска генерала Брусилова в 1914 году, и какой геноцид устроили им вернувшиеся австрияки в 1915-1916 гг.! Этот геноцид национально сознательной русской части населения, в которой самым активным образом принимали участие и идейные «украинцы», и стал впоследствии важнейшей предпосылкой внедрения новой, искусственной «украинской» идентичности, усиленно, но почти безуспешно внедрявшейся австрияками еще до войны. Но нынешние «идейные украинцы» по своему лицемерию, а чаще всего просто по невежеству, продолжают заявлять, будто бы это как раз они подвергались геноциду, в то время как все было «с точностью до наоборот».

Во Львове в 1934 г. были опубликованы воспоминания В. Маковского, украинофила и русофоба, который по ошибке властей попал концлагерь Талергоф. Он пишет, что у русинов была возможность спастись из лагеря, отказавшись от своего русского имени и записавшись в «украинцы», в «украинский листок». И мемуары В. Маковского подтверждают это – в его финальном списке значилось 312 украинцев. Это капля на фоне 5700 заключенных русинов, обитавших в Талергофе в ноябре 1914-го. И недолго он «страдал» в Талергофе. 12 ноября этот «украинец» уже вышел на свободу, оставив за воротами умирающих русских. Там, за его спиной, умирала Галицкая Русь, а созданную врагами Руси Галицкую Украину ждали её главные «достижения» – Бандера, Шухевич, украинские шуцманшафты, дивизия «СС Галичина», ОУН и УПА – впереди были уже новые немецкие хозяева и многочисленные Талергофы уже для других русских.

И в советское время, и тем более на современной Украине геноцид русинов усиленно замалчивается. Многие люди о нем узнавали случайно – читая произведения известного чешского писателя Я. Гашека, которые во многом являются мемуарами и отражают реальные события. Вот выдержка из «Похождения бравого солдата Швейка»: «На одной станции миновали дерево, на котором висел крестьянин-русин и двое его детей, мальчик и девочка. Внизу болталась бумажка с надписью: “Spionen”. Висели они уже долго, лица почернели. Повешенный мальчик смотрел в лицо сестричке. Швейк буркнул, что детей-то, наверное, все-таки по ошибке повесили, за что Дауэрлинг съездил ему по физиономии слева и справа, в бешенстве заорав, что пора изничтожить всю преступную славянскую банду, чтобы мокрого места от нее не осталось, а когда они прибудут в Россию, он первым будет вешать детей, дабы стереть с лица земли все славянское племя» (Бравый солдат Швейк в плену // Гашек Ярослав. Собрание сочинений Ярослава Гашека в одном томе. М. 2017. с. 681). Как видим, Гитлер потом пришел на уже подготовленную почву – идея геноцида славян была распространена и во время Первой мировой войны. Но здесь важно то, что верными холуями немцев в этих преступлениях были «идейные украинцы».

Я. Гашек еще не раз возвращался к этой теме. Например: «болтался обрывок перерезанной веревки, на которой еще недавно качался местный греко-католический священник. Он был повешен по доносу директора местной школы, поляка, и обвинен в том, что был членом партии старорусов и во время русской оккупации служил в церкви обедню за победу оружия русского православного царя. Это была неправда, так как в то время обвиненного здесь не было вообще» (Гашек Я. Похождения бравого солдата Швейка. М., 1999. с. 679).

Вот рассказ одного из палачей: «одного русина мы тоже повесили через пять минут после совещания. – Генерал добродушно засмеялся. – Русин был священником» (Там же. С. 654). Это было и не удивительно: «на совести у этого генерала десятки человеческих жизней, особенно после востока, где, по его словам, он боролся с великорусской агитацией среди галицийских украинцев… Угрызений совести он не испытывал, их для него не существовало. Приказав на основании приговора своего полевого суда повесить учителя, учительницу, православного священника или целую семью, он возвращался к себе на квартиру, как возвращается из трактира азартный игрок» (Там же. С. 647).

В 1924−1932 гг. Центральный Талергофский комитет во Львове издавал «Талергофский альманах», в котором были приведены документальные свидетельства, воспоминания очевидцев и жертв геноцида (полное наименование: «Талергофскій альманахъ. Пропамятная книга австрійскихъ жестокостей, изуверствъ и насилий надъ карпато-русскимъ народомъ во время Всемірной войны 1914−1917 гг.») Тогда же были проведены и Талергофские съезды, последний собрал более 15 тысяч участников. Во Львове был сооружен памятник жертвам Талергофа. На нем сделали надпись: «Жертвам Талергофа 1914−1918. Галицкая Русь». Подобные памятники возникли во многих населенных пунктах Галичины. Были изданы исторические исследования, в частности: Федорычка И.Ф. Талергоф или Русская Голгофа. Коломыя, 1923; Ваврик В. Р. Терезин и Талергоф. Львов, 1928. Последняя из этих книг несколько раз переиздавалась.

После 1917 г. дело создания искусственной «украинской нации» продолжили большевики. В 1921 году, выступая на X съезде партии, Сталин заявил: «Недавно ещё говорилось, что украинская республика и украинская национальность – выдумка немцев. Между тем ясно, что украинская национальность существует, и развитие её культуры составляет обязанность коммунистов. Нельзя идти против истории. Ясно, что если в городах Украины до сих пор ещё преобладают русские элементы, то с течением времени эти города будут неизбежно украинизированы» (Сталин И.В. Марксизм и национально-колониальный вопрос. М., 1937. С. 81). Зачем же им понадобилось создавать искусственный «народ»? Никаких практических выгод они от этого не имели, скорее наоборот. На самом деле ответ очень прост: по причине своей ненависти к русскому народу как таковому.

Бесноватый фюрер большевиков В. Ульянов с уголовной кличкой «Ленин» очень ясно сформулировал патологическую ненависть большевиков к России в следующих рассуждениях:

«При таких условиях очень естественно, что свобода выхода из союза, которой мы оправдываем себя, окажется пустою бумажкой, неспособной защитить российских инородцев от нашествия того истинно русского человека, великоросса-шовиниста, в сущности, подлеца и насильника, каким является типичный русский бюрократ. Нет сомнения, что ничтожный процент советских и советизированных рабочих будет тонуть в этом море шовинистической великорусской швали, как муха в молоке. Приняли ли мы с достаточной заботливостью меры, чтобы действительно защитить инородцев от истинно русского держиморды? Я думаю, что мы этих мер не приняли, хотя могли и должны были принять. Поэтому интернационализм со стороны угнетающей или так называемой «великой» нации (хотя великой только своими насилиями, великой только так, как велик держиморда) должен состоять не только в соблюдении формального равенства наций, но и в таком неравенстве, которое возмещало бы со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое складывается в жизни фактически. Кто не понял этого, тот не понял действительно пролетарского отношения к национальному вопросу, тот остался, в сущности, на точке зрения мелкобуржуазной и поэтому не может не скатываться ежеминутно к буржуазной точке зрения. Я думаю, что для большевиков, для коммунистов разъяснять это дальше и подробно не приходится» (В.И. Ленин. К вопросу о национальностях или об «автономизации» // ППС, изд. 5-е, т. 45, с. 357, 359).

Лживость и невежество этих рассуждений очевидны: на самом деле именно русский народ нес основные тяготы империи на себе, а малые народы только получали от этого множество выгод. Большевики же затем намного усилили эту эксплуатацию русских их «многонациональным государством». Но в этих словах палача России еще важнее то, что он откровенно выбалтывает истинное отношение большевиков к тому народу, которые они поработили.

Именно большевицкий режим и его вожди создали из Юго-Западного края России «Украину», а из его русского населения – «украинцев», превратив территориальное название этой части русского народа в «национальное». Именно они потом добавили к этому новообразованию территории никогда не принадлежавшие ни Малой Руси, ни Гетманату, ни Юго-Западному краю.

Эту идею они вынашивали еще до прихода к власти. 30 января 1917 года Ленин писал в своём письме И. Арманд услышанное им от бежавшего из германского плена солдата: «Пробыл год в немецком плену… в лагере из 27 000 чел. украинцев. Немцы составляют лагеря по нациям и всеми силами откалывают их от России. Украинцам подослали ловких лекторов из Галиции. Результаты? Только-де 2000 были за «самостийность»… Остальные-де впадали в ярость при мысли об отделении от России и переходе к немцам или австрийцам. Факт знаменательный! Не верить нельзя. 27 000 – число большое. Год – срок большой. Условия для галицийской пропаганды – архиблагоприятные. И всё же близость к великорусам брала верх!» (Ленин В.И. ППС. Т. 49. с. 377).

А вот как описывал народные настроения 1918 года «свидомый» украинизатор от КП(б)У, нарком просвещения УССР Затонский: «Широкие украинские массы относились с… презрением к Украине. Почему это так было? Потому что тогда украинцы были с немцами… украинские крестьяне не терпели тогда «украинцев» (мы через делегацию Раковского в Киеве получали протоколы крестьянских собраний, протоколы в большинстве были с печатью сельского старосты и все на них расписывались – вот видите, какая чудесная конспирация была). В этих протоколах крестьяне писали нам: мы все чувствуем себя русскими и ненавидим немцев и украинцев и просим РСФСР, чтобы она присоединила нас к себе» (Перший всеукраїнський учительський з’їзд в Харькові від 5 до 11 січня 1925 р. Х., 1925. С. 65). Но этот народ большевики «сломали через колено» и все равно заставили его считать себя не-русскими «украинцами».

За это преступление большевистского режима – раскол русского народа на части – теперь платят кровавую цену и русские, и «украинцы». Предатели русского народа продолжают преступления Талергофа – и будут продолжать до тех пор, пока их не отправят на свалку истории.

В.Ю. Даренский
профессор Луганского государственного педагогического университета

Постоянный адрес страницы: https://rusidea.org/250969059

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s